Читаем Флейта для чемпиона полностью

Пять лет назад занятия оборвались из-за войны с фашистской Германией.

К концу учёбы на третьем курсе у меня появилась сильная головная боль. Я пошёл к доктору, он выслушал мои жалобы, измерил давление: давление было очень повышенным.

— Как вы учитесь? — спросил меня доктор

— На пятёрки, — сказал я. (К этому времени я уже получал государственную стипендию.)

— А что делаете после учёбы?

— По вечерам выступаю в концертах.

— А по ночам?

— А по ночам я пишу.

— Пишете?

— Да… я пробую свои силы в литературе… Пишу фельетоны, интермедии, смешные сценки для Аркадия Райкина, для Леонида Утёсова.

— А когда же вы отдыхаете?

Я подумал и ответил:

— Когда отдыхаю?.. Никогда… У меня нет времени отдыхать…

Доктор попался мне не мыслитель, не психолог и не учитель. Он отделался от меня общими фразами об учёбе, о нагрузках и разгрузках… Выписал какие-то лекарства. А будь на его месте я, но не тогдашний я — молодой, а теперешний, обученный и сладким и горьким опытом жизни, то между мною, доктором, и мною, студентом, произошёл бы разговор, который я бы начал так же издалека, как я начал эту книгу. Я бы рассказал и о марафонской битве, и о гонце, крикнувшем: «Радуйтесь! Мы победили!» — и упавшем замертво на плиты раскалённой площади, и рассказал бы о беге Петра Болотникова на 42 километра и 192 метра и о его самочувствии.

И когда бы я, студент, с повышенным давлением и сильной головной болью, спросил бы себя, доктора: «Зачем он рассказывает мне о марафонской битве, и о марафонском беге, и о самочувствии Петра Болотникова на марафонской дистанции», то я бы, доктор, сказал:

— А потому, что жизнь — это тоже марафонская дистанция в пространстве и во времени и что начинать этот бег надо так, как писал о марафонских бегунах Болотников:

«…марафонцы не спешат, они растягиваются по битумной дорожке длинной вереницей… не борются за место у бровки, не расталкивают соперников локтями, не наступают друг другу на пятки. Марафонцы мудры и понимают, что старт не решит ничего…»

— Вы же ещё совсем молодой человек, — продолжал бы я — доктор, — а самочувствие у вас как у нетренированного марафонца, который заканчивает свою дистанцию. Вы начали свою жизнь, как начинают её бегуны на самые короткие дистанции. И вот вам результат… — Доктор покосился на прибор, измеряющий кровяное давление, и добавил: — Двумя делами занят человек всю жизнь: это тратой своих энергий и их восстановлением. Одни только тратят свою энергию, а восстанавливать полностью доверяют своему организму. Другие же помогают восстанавливать истраченные силы и энергии своему организму. Этим люди и отличаются друг от друга… С завтрашнего дня начнём помогать своему организму, договорились?

— Договорились! — ответил бы я — студент, если бы тот первый доктор поговорил со мной именно так. К сожалению, я и после встречи с доктором продолжал и учиться и выступать по вечерам, а по ночам писать. И делал я это до тех пор, пока не попал с давлением в больницу, где, к счастью, встретил доктора, который поговорил со мной именно так, как и нужно было со мной поговорить. Его разговор со мной вернул меня к спорту. Я ведь в детстве с самых малых лет ходил на лыжах, потому что я жил на Урале, в городе Свердловске, а на Урале все мальчишки ходят на лыжах. Кроме лыж, я ещё играл в хоккей с мячом и в футбол. Я играл за детскую команду в нападении. Ещё я играл в волейбол и занимался боксом.

Так, спустя много лет, я вернулся к спорту, которым занимаюсь и сейчас. Вернулся к вечному двигателю человеческой жизни: к движению. Недаром же говорится, что есть много лекарств, которые заменяют движение, но нет ни одного лекарства, которое заменило бы движение!..

Так я победил все свои болячки.

Так я раздумался над судьбой греческого гонца, и так мое внимание привлекла фраза: «Радуйтесь! Мы победили!» — и репортаж Петра Болотникова о его первом марафонском беге, потому что были затем в моей жизни и марафонская битва, и марафонский бег. Битва была с самим собой, где был я и персами и греками в одно и то же время. А марафонский бег мой продолжается и сейчас, ибо жизнь человека — это и есть та самая марафонская дистанция, которую дано бежать ему всю свою жизнь. Весь вопрос: как ее начать, как продолжить и как завершить, чтобы в конце своей жизни иметь право сказать: «Радуйтесь! И мы победили!» И поэтому я решил объясниться в любви к спорту в своей повести «Флейта для чемпиона», повести, которую я и предлагаю вашему вниманию.

Всякая история, в которую втянуто более двух человек, начинается обычно с главной мысли, за которой следуют главные слова и главные поступки. Впрочем, вокруг главной мысли, слов и поступков бывает очень много и главных и неглавных, но очень нужных.