Сразу обе они не могут соответствовать действительности, ибо противоречат одна другой по многим вопросам. Но обе могут быть и неверными, хотя некоторые совпадения в них говорят об обратном. Наиболее вероятно, что каждая из них содержит как долю истины, так и долю вымысла, как и все остальное в жизни. Пусть каждый выберет то, что подскажут ему его культура, воображение и интуиция.

Мудрецы древности говорили, что в мире нет ничего абсолютно истинного или абсолютно ложного, и именно это заставляет вращаться Колесо миров.

ЗА МНОЖЕСТВОМ - ЕДИНСТВО

Согласно Платону, Империя атлантов помимо столицы имела колонии, которых он насчитывал девять. Император получал родовое имя Атлас и вместе с союзными царями, хотя и сохранявшими определенную независимость, составлял империю, управлявшуюся по законам Посейдона. Каждые пять, шесть или семь лет правители или их представители собирались на совет для координации действий. Как мы уже видели, ранний Египет представлял часть этого объединения, а ядром Египта была фиванская теократия.

После распада Империи атлантов та ее часть, которую мы сейчас называем Египтом, сохранила такого рода множественность, проникнутую ощущением трансцендентного Единства. Современный человек с его диалектическим взглядом на Вселенную и самого себя с трудом представит себе эту множественность-единство, поскольку он воспринимает эти понятия как противоположные. А путь их противопоставления никогда не приведет нас к пониманию феномена Египта, его материальной и духовной сторон, со всем многообразием оттенков, лежащих между ними.

Однако представления древних египтян ни в коей мере не были хаотичными. Они основывались на гармоничных отношениях между отдельными частями и на Гармонии, которая определяла их бытие и существовала до, во время и после всех различий, прошлых, настоящих и будущих.

Их мир не знал стереотипов, он находился в точно сбалансированном равновесии, динамичном и, вместе с тем, неизменном, по крайней мере, в пределах больших пространственно - временных циклов.

Прекрасным примером тому могут служить Фивы. Город - так называли Фивы, как впоследствии и Афины, Александрию, Рим или Константинополь, - представлялся в одно и то же время и маленьким, как бы созданным для отдельного человека (его размеры спасали человеческое существо от чувства затерянности во Вселенной), и грандиозным, как бы вселенским, способным содержать в себе все, являя присутствие другого мира, возвышающегося над жизнью и смертью.

Современный вид Нила

Гораздо выше всего, что мы, люди, способны охватить нашим разумом.

Фивы как бы "оседлали" Нил, раскинувшись на двух его берегах. Один берег был жилищем живых, а другой - местом мертвых.

Нил, в свою очередь, пересекал Фивы практически строго с юга на север, а сверкающий солнечный диск совершал свой путь над рекой с востока на запад. Там, где вставало солнце, слышался шум большого города во всем множестве его проявлений: от тихого покачивания колыбели заботливой материнской рукой до оживленной суеты рынков и площадей. А в комплексе религиозных сооружений, который хотя и находился поодаль, но был неотъемлемой частью этого общества относительно молодых людей - ибо большинство из них умирало, едва переступив порог тридцатилетия, - другие мужчины и женщины, тоже преимущественно молодые, во имя Незримого и во имя зримого трудились в окружении огромных многоцветных зданий, равных которым более не знала история.

Тогда не существовало того прискорбного зрелища, которое являют собой сегодня руины этих храмов и сооружений, открывающегося глазам туриста, который считает три-четыре дня достаточным для их осмотра сроком. Сегодня перед нашим взором предстает лишь остов некогда прекрасного тела, полного жизни, где искусство и науки достигали таких высот, что исследователи будут изумлены, когда до конца сумеют их понять. Сейчас же, хотя они смотрят на них, они их не видят.

Фараона не называли по имени, а величали титулом, который можно приблизительно перевести как обитатель Большого дома, подобно тому как Хор, бог-сокол, был обитателем Большого вселенского дома Хатхор.

Но этот Большой дом ни в коей мере не был похож на тот, в котором, по нашим представлениям, мог бы жить священный император, считавшийся и ощущавший себя (а возможно, и являвшийся) кровным или, лучше сказать, духовным наследником богов, живших на земле в изначальные времена.

Роспись стен в технике фрески

Дом этот был лишь удобным жилищем с просторными залами, большими садами и водоемами. Разноцветные занавеси скрывали даже от птиц его таинственную, но счастливую уединенность.