Читаем Финансовый тезаурус полностью

Если же налоги используются избирательно, к пользе только определенных групп и фракций населения, то всем остальным надо дать возможность «голосовать кошельком» – платить или не платить налоги по своему выбору, в зависимости от того, одобряют они или нет предлагаемые к финансированию цели и мероприятия.

Если говорить откровенно, то Россия сегодня не может позволить себе столь объемный военный бюджет, столь высокие социальные расходы, столь разветвленный и «упакованный» государственный аппарат.

Иначе говоря, государство в России сейчас живет не по средствам, и положение усугубляет тог факт, что часть своих расходов государство и государственный сектор в экономике финансируют за счет привлечения западных кредитов, которые когда-то придется возвращать.

Второй раз трюк с царскими займами не пройдет – хотя бы потому, что большевики могли ссылаться на ущерб от внешней интервенции и на исключение России из прежней системы международных финансовых отношений.

У нынешней власти этих аргументов нет, и возврат кредитов может стать внезапно серьезной проблемой. При этом сравнения с уровнем государственных расходов за рубежом не вполне корректны, поскольку за образец берутся страны с развитой и устоявшейся экономикой, а Россию надо сравнивать с бедными странами, и к тому же с экономиками, находящимися не на подъеме, а в кризисной ситуации. Поэтому если говорить о сравнении, то аналогии надо искать либо в прошлом – Германия, Италия или Япония в первые послевоенные годы, либо где-нибудь в Азии, Латинской Америке или даже в Африке.

Обычно вопрос о несоответствии государственных расходов реальным возможностям страны решается нормальным демократическим путем: население страны выбирает такой парламент, который, выполняя волю избирателей, не позволяет этим расходам превышать некий предельный для каждой ситуации уровень.

Для этого парламент наделен соответствующими полномочиями – через утверждение налогов, налоговых ставок и общих пределов налоговых сборов, через установление пределов государственных заимствований и через запрет порчи национальной валюты (путем выпуска необеспеченных денежных знаков) и использования государственного имущества в целях покрытия бюджетных расходов (за счет продажи этого имущества).

В России эта демократическая процедура не действует, и фактически правительство вне всякого контроля определяет свои расходы и источники их покрытия. В результате у экономики нет никаких шансов выйти из кризиса – пока все мыслимые и немыслимые источники средств в стране власти мобилизуют исключительно на покрытие своих текущих расходов.

При этом следует подчеркнуть, что основным средством подъема национального производства является восстановление платежеспособного спроса, связанного с этим производством и ориентированного именно на его продукцию.

Действительно, в настоящее время значительная часть внутреннего платежеспособного спроса формируется вне связи с национальным производством и даже в ущерб ему – потребление государства и госслужащих, имеющее своим источником налоги, угнетающие производство, и доходы экспорто-ориентированных отраслей. Потребителей, получающих доходы в этих сферах, абсолютно не беспокоит неконкурентоспособность внутреннего производства, и они выступают за максимальную либерализацию импорта.

При этом платежеспособный спрос, формируемый за счет доходов от внутреннего производства, относительно невелик, поскольку, во-первых, он сильно урезается налогами, и, во-вторых, те же налоги, включаемые в издержки производства, вынуждают «задирать» цены на производимую продукцию до такого уровня, что она не может выдержать конкуренции со стороны импортных товаров. Соответственно и импортеры этих товаров, получив выручку от их продажи, обращают ее опять на финансирование более выгодных для них импортных сделок.

Теперь представим себе, что нам удалось бы убрать этот мешающий налоговый «нарост». Национальные производители, которые сейчас сидят с нераспроданными запасами продукции, могли бы снизить цены и получить некоторое увеличение спроса на нее. Заметив этот рост спроса и получив не урезанную налогами выручку, они бы вновь вложили эти средства в расширение производства – при этом, возможно, еще раз снизив цены (поскольку при росте производства удельные издержки в расчете на единицу произведенной продукции падают) и получив дополнительное увеличение спроса.

А относительное снижение цен по сравнению с импортом, несомненно, привлечет внимание импортеров, которые очень скоро найдут для себя более выгодным финансировать производство товаров внутри страны, чем закупать товары по импорту.

Собственно, такой процесс имел место во всех странах, и он «пошел» уже и в России – независимо от воли и желания властей.