Читаем Фаза боя полностью

Он, пока мы разглядывали переход и высказывали свои мысли по этому поводу, никакого участия в этом не принимал. Наш ведущий специалист по поиску и созданию межфазовых переходов колдовал со своей установкой. И наконец нашел решение.

—Нет. Этот переход не был открыт все пятьсот лет. Он открылся совсем недавно. Не более суток назад. А скорее всего, намного меньше. Это подтверждают четвёртые гармоники возмущений темпорального поля. Они должны гаснуть самое позднее в течение двенадцати часов. А здесь они еще довольно различимы. Это переход открылся совсем недавно. Открылся он персонально для нас. Кто его открыл нам столь любезно, вы, конечно, догадываетесь. Более того, я могу даже предположить, куда он нас приведёт, если мы в него сунемся.

—Это что-то новенькое, — сомневается Наташа. — Обычно ты весьма далёк от таких догадок и выводишь нас одно Время знает куда.

—В самом деле, Толя, — говорю я. — Что тебе даёт основания для построения своих предположений?

—А то, что я вспомнил, где видел такие характеристики. Вот, — он показывает на монитор, — эти зубцы я видел лишь однажды.

—И где же?

—Возле одного из Заколдованных Мест. Не помню точно, возле которого. Может быть, и у того, и другого. Я тогда еще удивился: откуда этот зубец взялся? Да как-то и забыл о нём. Он просто больше никогда и нигде не появлялся.

—А ведь этот зубец, — говорит Лена, всмотревшись в монитор, — не имеет никакого отношения к характеристикам темпорального поля. Он неподвижный, а все остальные зубцы пульсируют. Помните, мы гадали тогда, что служит таким надёжным барьером между Заколдованными Местами и окружающей их средой? Перестроенное пространство. Возможно, с искаженными темпоральными характеристиками. Вот и здесь перед нами не простой переход.

Так вот куда нас столь любезно приглашает отец Таканда! Оттуда мы бы действительно никуда и никогда выйти не смогли. Однако просчитались вы, «папочка»! Хроноагенты — это вам не мыши, чтобы очертя голову лезть в вашу мышеловку за бесплатным сыром. Что у вас еще в запасе?

—Что ж, — я встаю, — будем считать диспут на тему, воспользоваться этим переходом или нет, закрытым. Толя, давай новое направление. И вот еще что: я считаю, что в данный момент за нами ведется наблюдение. Можете себе представить, какое разочарование испытывают сейчас «прорабы перестройки». А их подлый характер вы знаете. Поэтому будьте готовы к любым неожиданностям. В том числе и к самым неприятным.

—По-моему, для нас это уже стало нормой, — ворчит Наташа, поднимаясь со своего камня.

Анатолий указывает направление, и мы начинаем спускаться вниз по склону горы. Что ждет нас в этом клубящемся смоге? Какие еще сюрпризы приготовили для нас «прорабы перестройки»?

Ожидание на этот раз не затягивается. Не успеваем мы пройти десяти километров, как Наташа останавливается и настороженно прислушивается.

—Тихо! — шепчет она. — Слушайте внимательно.

Сквозь шум ветра ясно прослушивается какое-то потрескивание и пощелкивание. В этих звуках явно имеется какая-то система, какой-то смысл. Словно кто-то, нам пока невидимый, переговаривается с таким же невидимкой. Проверяю бластер — здесь он, слава Времени, работает.

Мы уже вплотную приблизились к границе клубящегося тумана. Он не такой плотный, каким казался издали, но видимость всё равно ограничивает. Метров на триста с небольшим. Дальше всё теряет свои очертания и расплывается. Звуки, привлёкшие наше внимание, становятся громче и отчетливей. Теперь к ним присоединяются похрустывание и скрип. Не тот скрип, что издавали огнемёты на ходулях, а тот, что издаёт гравий, когда по нему бесшумно катится тяжелая машина.

Слева по курсу в клубах тумана заметно движение какой-то несуразно большой массы. Словно трёхэтажный дом движется в нашу сторону. Вот эта масса приблизилась к нам настолько, что можно рассмотреть некоторые детали.

На нас быстро надвигается перевёрнутая вверх дном баржа на огромных широких колёсах. Что это такое, раздумывать некогда. Ясно, что встреча с этим сооружением ничего хорошего нам не сулит. Справа замечаю неглубокую балку. Невесть что, но, как-никак, укрытие. Указываю на неё товарищам. Бластер уже в боевой готовности, остаётся только нажать на спуск. Но у меня есть святое правило: не нападать первым.

Когда до нас остаётся примерно триста метров, небольшая башенка в головной части корпуса сооружения на колёсах вдруг начинает светиться тусклым желтым светом. Что-то подсказывает мне, что времени терять нельзя.

Не успеваем мы укрыться в балке, как на том месте, по которому мы только что шли, вспыхивает трава, и вверх взметается столб пламени. Ответным выстрелом из бластера я уничтожаю «сухопутный дредноут». С полминуты мы наблюдаем, как вниз по склону медленно скатывается огромное колесо. Вот оно исчезает в тумане, и Пётр спрашивает:

—А чем он в нас стрелял?

—Какое-то тепловое излучение, — отвечает Лена, глядя на оплавленный грунт. — Интереснее другое: сколько их здесь?