Читаем Фастфуд полностью

– Да всё нормально, я тебя поняла. До границы яруса отсюда около двенадцати километров. И на севере не видно больших гор. И озер тоже не видно. Значит, мы можем дойти туда за несколько часов. У нас две отметки торговых зон: одну ты получил из большого змея, вторую мы нашли в телефоне из того магазинчика, который позавчера взорвали. Эта зона самая северная. Наш последний шанс что-то продать и что-то купить. Или придётся тащить все эти кости, кожу и бивни на другой ярус. Сегодня двенадцатый день. Получается, осталось три дня. У нас нет времени, чтобы искать другую зону.

Грешник покачал головой:

– Насчёт тащить на другой ярус, это необязательно. Очень может быть, что вещи можно оставлять в кубе.

– Ты уверен?

– Есть некоторые намёки и скажем так… внутреннее ощущение логичности такой возможности. Но это я просто так сказал. Зачем всё это добро в кубе держать? Избавляться надо, пока есть возможность. Ну так что, пойдём вниз, или обойдём этот клоповник десятой дорогой?

– Как-то страшновато, – призналась Рыська. – Но да, надо идти. Другой возможности уже не будет. Ты чего? – удивилась девушка, глядя, как Грешник приподнимается, а лицо его вытягивается.

Уставившись в одну точку, отрешённо ответил:

– Навык сработал. Рядом руда. Надо искать.

– Опять? – чуть не застонала Рыська. – За нами уже хвост рассыпался из руды и остального. Мы не тянем столько.

– Но не бросать же в шаге от торговца? – резонно заметил Грешник. – Выкопаем и пойдём. Торопиться нам теперь некуда.

Опасения Рыськи не на пустой почве зародились. Да и Грешник ощущал дискомфорт, пока спускался по склону. Там, в окружении кольца холмов и ананасовых плантаций, в обширной излучине крохотной речушки располагался небольшой посёлок. Около четырёх десятков невзрачных домишек и хижин. Даже издали можно догадаться, что ничем ценным среди них не разживёшься.

Но именно это место указано на карте как «Условно-безопасная зона Сонг-Ланг». И Грешник с Рыськой не просто так больше часа на холме просидели. Всё это время они занимались наблюдением.

И много чего внизу разглядели.

В посёлке были люди. Много людей. Похожее столпотворение Грешник за всё время видел лишь однажды – во время самоубийственной атаки на парк развлечений, где обосновались головорезы Лорда, устроив подобие концлагеря. Здесь, похоже, народа побольше. Точно не скажешь, ведь тогда в густых тропических сумерках не всё увидел.

Да и обстановка нервировала. Не до разглядываний было.

Сосчитать, сколько здесь народа, не получилось из-за незатухающего человеческого круговорота. Одни люди приходили или приезжали, другие покидали посёлок. Грубо говоря, здесь постоянно в среднем отиралось больше сотни человек. Пару раз замечали машины «Бойни», однажды показался мотоцикл с символикой «Дикого востока». На бандитов при этом никто особого внимания не обратил, что насторожило и Грешника и Рыську.

Не меньше, чем машины охотников на людей, их напрягло зрелище виселицы метрах в ста от посёлка. На видном месте, посреди ананасового поля поставлена. И она не пустовала, два тела болтались.

При помощи амулета Грешник также разглядел участников, непохожих на кастовых. Поведение неуверенное, как правило, с бедным снаряжением, или даже вовсе без него. По всем признакам – корм, и реакция на них со стороны бандитов из «Бойни» это подтверждала. Невозможно понять, что им говорили головорезы, но характерные ухмылки на рожах – это красноречивая информация.

Такое же поведение Грешник наблюдал возле фургончика Сяо. И там же лично отучил троицу негодяев ухмыляться.

Но здешние безкастовые не похожи на попавших в ловушку. Занимаются разнообразными делами, ходят, а не сидят на месте с потерянным видом. И они точно не пленники, раз многие с оружием.

Нет, это место – не лагерь бандитов. Чересчур много самого разного народа мелькает, и многие из них на головорезов не похожи. Зато некоторые неотличимы от простых охотников, вроде людей из отряда Крысолова.

В общем: всё непонятно, потому страшновато туда соваться. Но, взвесив все «за» и «против», решились спуститься.

Ну а куда деваться? Как минимум проблему с лишним грузом нужно решить. Солидный перегруз и по весу и по количеству, а это чревато. Уже из лагеря Крысолова выбирались заваленными под завязку. Плюс по пути уничтожали всё живое, что подворачивалось, включая, в том числе, слона из взорванного магазина. А это новая и новая добыча, которую приходилось распихивать куда можно и нельзя. Рюкзаки уже по швам трещат, распираемые содержимым, которое ногами затрамбовывали. Плюс обвешаны мешочками, свёртками и контейнерами. Даже обычным шагом передвигаться сложно, и это по открытой местности. По лесу ходить – пытка изощрённая.

Ну а бежать нигде не получится. Разве что трусцой, и только на асфальте.

Надо от этого балласта избавляться.

Срочно.

Телефон завибрировал одновременно с особым ощущением. Едва заметное, но Грешник уже научился его улавливать. Ещё чуть-чуть, и начнёт обходиться без подсказок. К голове будто приклеилась невидимая нить, которая еле заметно тянет развернуться влево.