На второй срок, в 1999 году, Кучма избирался уже благодаря поддержке западных регионов, поскольку на этот раз ему пришлось соперничать с коммунистом Петром Симоненко, который на тот момент лучше сумел использовать прорусские настроения юга и востока. Естественно, и во второй приход Кучмы во власть гуманитарная политика Украины оставалась все в тех же галицийских руках и двойной стандарт в отношении к разным регионам продолжал царить.

И Кучма под конец карьеры сам напоролся на кривые вилы своей национальной политики. Как это очень часто случалось в истории с неудачливыми деятелями, полагающими, что опыт в политике заменяет нравственность.

Зимой 2004 года прошел второй тур президентских выборов, в которых победил Виктор Янукович. Этот результат, конечно, не устроил ни оранжевых, ни их европейских и американских спонсоров, о чем и те и другие неоднократно заявляли с самого начала избирательной кампании.

Оранжевые начали свою «оранжевую революцию». Одним из ее этапов стал ряд решений, принятых местными советами на западе Украине, о том, что они перестают подчиняться законной (тогда еще) власти «кучмистов» и отныне подчиняются только «всенародному президенту» Виктору Ющенко, о котором им, галичанам, точно известно, что он победил. Ведь он сам об этом сказал — да еще и дал присягу, положив левую руку на Святое Писание.

И «страшный репрессивный режим Кучмы» набрал в рот воды. Или чего покрепче. Власть и ее карательные органы реагировали на фактический государственный переворот в западных областях будто спьяну — то есть никак, словно и не заметили.

Украинские антиоранжисты в южных и восточных областях оказались дезорганизованными и казались деморализованными. Создавалось впечатление, что победа уже в кармане оранжевых, что еще немного — и сам Кучма, и его премьер Янукович признают собственное поражение.

Но наиболее активные и способные люди Новороссии, не имея возможности адекватно ответить на демарш Галиции, сумели ответить симметрично. И главная роль в этом принадлежит, безусловно, Евгению Кушнарёву, тогдашнему председателю Харьковской облгосадминистрации, который именно после событий «оранжевой зимы» вновь выдвинулся в первый ряд украинских политиков.

Принятые местными советами на юге и востоке решения были как будто списаны с западных, — только с обратным знаком. Если галичане отказывались подчиняться законному (на тот момент) управлению и переходили в подчинение выбранному ими Виктору Ющенко, то юг и восток, наоборот, сохраняли верность действующей власти и отказывались признать Ющенко — как узурпатора. Отказывались также от перечисления денег в центр, до тех пор, пока столица дезорганизована и подчинена стихии охлократии. И требовали отдать победу тому, кто действительно победил во втором туре президентских выборов, то есть Януковичу.

И тогда украинская власть забеспокоилась. Без поступающих с юга и востока средств невозможно не только существование западных дотационных регионов, но и вряд ли мог быть сохранен статус Киева как города, жирующего на горбу нищей страны.

Лидеры советов юга и востока были вызваны в администрацию президента, тогда еще, напоминаю, Леонида Кучмы. Там с ними «поработали». Они согласились смягчить требования, фактически уступить силе. Которую в данном случае украинское государство не стеснялось проявить. Уголовные дела против «сепаратистов», по одному из которых Евгений Кушнарёв оказался за решеткой, только продолжались следователями оранжевого режима — начаты они были еще при Леонид Данилыче.

Таким образом, Кучма, который сам создал и утвердил разные правила игры для донорских несвидомых и для дотационных свидомых регионов, был вынужден собственными руками усмирять ту единственную силу, которая еще могла помочь ему удержать остатки власти.

Но решения, от которых под давлением киевской власти пришлось отказаться депутатам юга и востока, все же сыграли огромную роль. После них был известный съезд в Северодонецке, а галичане во власти поняли: когда они будут слишком наглеть — им будут отвечать, как говорят моряки, «тем же концом по тому же месту».

Без действий Кушнарёва и его единомышленников не пошло бы столь быстрое пробуждение народного самосознания в Новороссии. И, в конце концов, без этого краткого наступления не стало бы столь явным отношение украинской державы к двум разным сортам граждан: что можно националистам, то запрещено их противникам.

Глава 9. Кому можно и кому нельзя «разжигать межнациональную рознь»

Для меня лично ответ на этот вопрос окончательно стал ясен в 2008 году. Вот кому нельзя:

«Сторонника монархии приговорили к 4 годам тюремного заключения