Не исключена возможность, что германо-польский конфликт приведет к войне на западе. В таком случае придется сражаться в первую очередь против Англии и Франции. Если бы существовал союз Франции, Англии и России против Германии, Италии и Японии, я был бы вынужден нанести Англии и Франции несколько сокрушительных ударов. Я сомневаюсь в возможности мирного урегулирования с Англией. Мы должны подготовиться к конфликту. Англия видит в нашем развитии основу гегемонии, которая ее ослабит. Поэтому Англия — наш враг, и конфликт с Англией будет борьбой не на жизнь, а на смерть.

Англия знает, что проигрыш войны будет означать конец ее мировой мощи. Англия — движущая сила сопротивления Германии. Если удастся успешно занять и удержать Бельгию и Голландию, и если Франции будет также нанесено поражение, то будут обеспечены основные условия для успешной войны против Англии».

Уже видно, что Гитлер, хотя и опасается союза западноевропейских держав с СССР, но уже считает Германию достаточно сильной и способной к нанесению «нескольких сокрушительных ударов».

Но, по мнению Черчилля, к этому времени возможность заключения союза с Россией уже приказала долго жить. Неустраненные разногласия видны из речи Молотова 31 мая (это был ответ на речь Чемберлена 19 мая 1939 года):

«В связи со сделанными нам предложениями английского и французского правительств Советское правительство вступило в переговоры с последними насчет необходимых мер борьбы с агрессией. Это было еще в середине апреля. Начавшиеся тогда переговоры еще не закончены. Однако некоторое время назад стало ясно, что если в самом деле хотят создать дееспособный фронт миролюбивых стран против наступления агрессии, то для этого необходимы, как минимум, такие условия: заключение между Англией, Францией и СССР эффективного пакта взаимопомощи против агрессии, имеющего исключительно оборонительный характер; гарантирование со стороны Англии, Франции и СССР государств Центральной и Восточной Европы, включая в их число все без исключения пограничные с СССР европейские страны, от нападения агрессоров; заключение конкретного соглашения между Англией, Францией и СССР о формах и размерах немедленной и эффективной помощи, оказываемой друг другу и гарантируемой государствам в случае нападения агрессоров».

«Переговоры зашли как будто в безвыходный тупик, — пишет Черчилль. — Принимая английскую гарантию, правительства Польши и Румынии не хотели принять аналогичного обязательства в той же форме от русского правительства. Такой же позиции придерживались и в другом важнейшем стратегическом районе — в Прибалтийских государствах». Слабые государства задирали нос, не желая принимать помощь СССР, видя врага скорее в Сталине, чем в Гитлере. Точно так же, к слову, как и сейчас новоевропейские политики и новоевропейские историки упражняются в изысканиях на тему «Сталин был хуже Гитлера». Европу ожидал страшный урок, который, как выясняется, никого ничему не научил.

Глава 18. Демотиваторы истории