— Тебе просто повезло, что я такой бестолковый парень, — сказал он, поднимаясь и потягиваясь. — Большинство мужчин, за редким исключением, будучи сначала приглашенными в дорогой ресторан и облачившись в смокинг, а затем поужинав в одиночестве диетической пиццей, пока ты ела бифштекс в компании с кем-то другим, сочли бы такие сексуальные условия невозможными.

— Я знаю, что мне повезло, — она обняла его за талию, — но я пока ничего не могу тебе рассказать. Это исключительно важно для меня и, может быть, для очень многих людей.

Они побрели к парадному входу. Она остановилась.

— Послушай, конец недели плохо складывается для меня, и на воскресенье я уезжаю за город. Давай я позвоню тебе в начале той недели?

— Ты забыла, я же в воскресенье уезжаю в Финляндию, через Стокгольм.

— О Господи, ну конечно же, но я встречу тебя в Копенгагене.

— Кстати, — сказал он, залезая во внутренний карман пальто и извлекая буклет авиакомпании, — вот твой билет до Копенгагена и бронь в гостиницу, на тот случай, если мы там окажемся не одновременно. — Он нахмурился. — А ты еще не раздумала поехать?

— Ну что ты, Уилл. Да для меня нет ничего лучше такой возможности вырваться из офиса. Хотя ты, конечно же, должен понимать, что многое зависит от того, как сложится ситуация с Майоровым. Так что в любую минуту я могу и отменить поездку.

— Ну что ж, о'кей, — вздохнул он. — Я уверен, что ты постараешься.

— Ты пришел сюда пешком? — спросила она.

— Да.

— Я знаю, что это покажется странным, но я хотела бы выйти из дома первой. А ты подожди две минуты, а затем выходи, договорились?

— Как скажешь, — пожал он плечами. — Я слишком сонный, чтобы чему-то удивляться.

Он поцеловал ее.

Она включила свет на крыльце, вышла из дома и быстро пошла в направлении, противоположном дому Уилла. Пару минут спустя она набрела на газетный киоск, купила газету и пошла домой. Она не суетилась и не высматривала преследователя. Она знала, что он где-то неподалеку. И вряд ли он пойдет за Уиллом, ведь если он не знает, кто такой Уилл, все равно ночью уже не выяснит.

Ночью она спала мало. Голова была занята мыслями.

Глава 18

Гельдер лежал в своей постели, закутанный в толстый махровый халат от Блумингдейла, еще мокрый после душа, и пытался разобраться в собственных ощущениях. Он испытывал одновременно гордость, мрачные предчувствия, возбуждение, любопытство и страшное волнение, вовсе не похожее на обычный страх. Странно, но все это было знакомо.

Он давно старался контролировать свои чувства: первый выход из спасательного люка в школе подводников; первый выход в патрулирование; первый выход в патрулирование в качестве капитана. Те ощущения были немного другими. Ведь сейчас не учения, не маневры, а боевые действия. Даже если не будет стрельбы, для Гельдера это первая битва.

И тут он понял, на что похоже это чувство, испытанное далеко в прошлом — его первая девушка. Он гостил у дяди и тети на их ферме южнее Таллинна; ему было шестнадцать лет, а девушка была его кузина, их дочь, на год его старше. В ту же минуту, как они только познакомились, он уже знал, что она будет его первой девушкой, и за несколько дней до этого, он предчувствовал, что она будет смеяться и дразнить его. И наконец они сплелись позади какой-то крытой повозки, на брезенте, и запах полотна жил в нем и по сей день. И теперь в нем жили те же самые странно смешанные ощущения и память.

В дверь постучали ногтями пальцев. Вошла Трина и закрыла за собой дверь. И тут же засмеялась.

— О чем это ты думаешь? — смеялась она, кивком указывая на бугор под халатом.

— О тебе, — улыбнулся он. — Иди сюда ко мне.

Она пересекла комнату, избавляясь по дороге от одежды, и дернула за толстый халат.

— Снимай, — сказала она. — Я хочу, чтобы ты снял его.

Она перенесла через него ногу и сразу же ввела в себя.

— Ты уходишь, — сказала она. — Завтра ты уходишь.

Она медленно и ритмично двигалась.

— И ты хочешь идти, да?

— Да, — сказал он, двигаясь вместе с ней, иногда сбивая ее ритм резкими толчками. — И очень хочу. Но я не хочу покидать тебя.

— Ты же вернешься, — сказала она, и ее голос поднялся до негромкого крика.

— Да, да, я вернусь. Я вернусь за тобой.

— Обещай мне.

— Я вернусь.

Они кончили одновременно. Позже, вместо ужина, они занимались любовью, снова и снова.

* * *

Когда на следующее утро Гельдер проснулся, Трины уже не было. Почти тут же раздался громкий стук в дверь, и он натянул халат. В комнату проворно вошел мистер Джоунс.

— А, доброе утро, мистер Свенсон, — бодро сказал он. — Я пришел помочь вам собраться.

Он показал большой пакет из прозрачного пластика.

— Вот здесь собрано все. С собой вы должны взять две смены одежды, пару башмаков, а также личное снаряжение и оружие.

Он продемонстрировал пару обойм и бросил их в сумку.