— Спасибо, Мартин, — сказала Рул. — Я оценила, что ты остался показать мне это, а не ушел. И еще спасибо за то, что похлопотал, чтобы достать эту карту.

— Все, чем могу, — сказал Мартин, посылая ей через плечо прощальный взмах. — И не только ради дружбы, но к вящей славе ЦРУ.

Рул уселась и стала разглядывать спутниковый снимок, карт для гольфа, «ингрем», может быть, перископ, может быть, тот самый «мерседес». Возможно, дело заключалось в том, что было утро, и она еще не устала; возможно, из-за этого послания из космоса; возможно, из-за того, что менее всего нравилось в ней начальству — из-за женской интуиции; возможно, она сошла с ума; но полдюжины, или восемь, ну пусть десять изолированных фрагментов, казалось бы, бесполезной информации сложились в ее голове вместе, и она что-то почувствовала.

Словно глядя на разложенные перед ней в случайных положениях части головоломки, она вдруг увидела всю картину, даже не подсматривая на верх коробки, где изображен весь рисунок.

Она включила КОСМО и, перебирая индексы отчетов центров, начала тщательный подбор. Она молила Господа, чтобы люди, чьей работой это было, ввели необходимую информацию в компьютер, потому что иначе она ни за что не обнаружит тот документ, который однажды уже побывал у нее на столе. Ей повезло. Она отобрала необходимые происшествия из просмотренных отчетов и вывела их на принтер. Она работала в системе NEXIS, новой компьютерной программе, извлекая с дюжину историй, датированных октябрем 1981 года. До обеда она уже все их отобрала, смехотворно малое количество отчетов, фактов и догадок, о которых думала все утро. И это не исчезало, это не было уже фрагментом, это завладело ее умом и все крепло в ней. Это было в ней, она была убеждена, она верила в это.

Она собрала выдержки, спутниковый снимок, аэрокарту и все свои догадки и направилась в кабинет Алана Никсона.

Глава 12

Гельдер сидел на неудобном пластиковом сиденье и заново просматривал контрольный список. Он методично, вместе с Соколовой, облазил всю подводную лодку и не мог не отметить, что она разбирается во всем, что касается электроники и другого оборудования корабля. Его еще продолжало беспокоить, что у нее нет опыта обращения с подводными лодками, но с теми системами контроля, которыми оборудована лодка, проблем быть не должно; он сможет управиться с судном и установит буй; а она последит за механическими, электрическими и электронными системами и будет поддерживать связь. Хорошо еще, что сиденья были как в кормовой, так и в носовой части; в конце концов, он не обязан все время смотреть в это безжалостное лицо и почти мертвые глаза. Вверху и слева от него располагалось зеркало, но слишком неудобно, чтобы часто смотреть в него. Если бы у него был другой экипаж, он бы приказал переместить зеркало, но с Валерией Соколовой он был рад такому размещению. И еще. От нее пахло. Они пробыли в подводной лодке не более пяти минут, а здесь уже пахло, как в раздевалке.

Он глянул в передний иллюминатор и увидел разделенную картину. Нижняя половина стекла была под водой, а верхняя — над. На него глянули лица обслуживающего персонала.

Один из них в знак одобрения поднял большой палец. Он ответил тем же.

— К погружению готов, — сказал он как себе, так и Соколовой.

— Готова, — отозвалась она.

Ему не понравилось, что она не называет его капитан или шкипер, но неудовольствия не выказал. Кажется, она так и не научится субординации.

— Погружение. — Он потянулся к выключателям балансиров на панели справа от него. Продуть ганки, сказал он сам себе и перекинул переключатели. Последовало урчание, и лодка быстро погрузилась. На глубину два метра, приказал он сам себе, и пальцы, а затем и лодка повиновались ему. Просто он привык отдавать команды экипажу. Это проходит не скоро, много времени требуется. Он взялся за дроссель — вообще-то это был выключатель типа электрического ползуна, но он думал о нем, как о дросселе — и дал скорость два узла. Это меньше его крейсерской, в три узла, скорости, но достаточно, чтобы нормально управлять судном. Послышалось низкое завывание, и сразу же лодка скользнула вперед из гавани. Когда они вышли из-под навеса гавани, на лодку упал бледный солнечный свет, и внутренняя красная подсветка оказалась излишней.

— Выключите внутреннее освещение, — сказал он.

Никакой реакции. Он повернул голову и посмотрел в зеркало на Соколову. Казалось, она не отрываясь смотрит вперед.

— Соколова! Выключите внутреннее освещение!

Она вздрогнула, на мгновение смутилась, а затем щелкнула выключателем.

— Спасибо, — проговорил он холодно, — но если я отдаю приказ, то вправе рассчитывать на немедленное его выполнение, вам понятно?

Он почти ощущал, как она краснеет у него за спиной.

— Да, сэр, прошу простить.