Читаем Фальшивые зеркала полностью

Экран выкинул положенные строчки БИОСа, голубой фон с облачками, потом — рабочий стол. Секунду я думал.

Потом достал с самого низа стойки DVD-диск. Вставил в дисковод. И снова перегрузил компьютер.

Вначале всё как обычно.

Только на голубом небе нет облаков.

А иконки на рабочем столе — прозрачные, едва заметные. Иначе они закрывали бы лицо.

— Здравствуй, Вика, — сказал я.

— Доброго времени суток, Леонид. — Лицо на экране нахмурилось. Нарисованной Вике доступно немного эмоций. Радость, грусть, любопытство, сомнение. Всё чисто и просто, всё не так, как в жизни. — Значительные изменения аппаратной базы с момента последнего включения. Начинать адаптацию?

— Да, — подтвердил я.

Честно говоря, и не знаю, может ли Вика — мой индивидуальный пользовательский интерфейс — встроиться в «Виндоус-хоум» новой версии. На бета-версии я её пробовал, но это было почти год назад.

Вика на экране терпеливо ждала.

Я встал, отключил разъёмы, прошёл в ванную. Сунул голову под холодную воду. Опьянения уже не было, лишь ныло в животе и пересохло во рту.

Кто меня подкараулил? И главное — зачем? Безобидный обитатель Диптауна, грузчик в компании «HLD»…

Да кому я нужен?

Значит, нужен не я… нужен дайвер Леонид…

Тоже чушь.

Дайверов больше нет… доказано…

И вдруг я поймал себя на том, что улыбаюсь. Неважно, от кого получаешь подтверждение собственной ценности — от друзей или от врагов. Главное, что оно есть.

Так, наверное, может улыбаться списанный в запас по болезни солдат, получая повестку. Радоваться-то вроде бы нечему… ничего хорошего клочок бумаги не предвещает…

И всё-таки!

— Я не мёртв, — прошептал я отражению в зеркале. — Чёрт возьми… а я ведь не мёртв…

Отражение шевельнуло губами, беззвучно повторяя слова.

Как заворожённый я провёл ладонью по холодному стеклу. Дурацкая улыбка на всё лицо… пускай. Я взял старенький бритвенный станок, выдул в ладонь пены из баллончика, начал бриться. Медленно, аккуратно. Плеснул на лицо одеколоном. Постоял ещё, стараясь придать лицу серьёзность. Нет, ну чему я радуюсь? Тому, что меня отделали, как щенка?

— Кому же я наступил на хвост? — спросил я отражение. — А? Как думаешь?

…В холодильнике нашлись кола и сок. Я выпил сока, сушить рот ортофосфорной кислотой, добавляемой в напиток умными производителями, было совсем не с руки. Так… времени без четверти час. Или Вика подгрузила все свои файлы, или машина повисла.

Компьютер работал. Вика на экране улыбалась.

— Статус? — подключая разъёмы, спросил я.

— Система стабильна. Ресурсы достаточны.

— Вход в сеть. Режим обычный. Личность номер три — «Протей».

— Выполнено, — с секундной заминкой. Оптоволоконная линия — это не гнилой телефонный кабель…

Я надел шлем. Откинулся в кресле.

Чёрт возьми… всё как прежде…

Почти как прежде.

deep Ввод.

Мотоциклист и Стрелок по-прежнему скучают на кровати. Я встаю с кресла, гляжусь в зеркало. Ага, Протей сохранил те изменения, что я внёс. Мужчина средних лет с мудрыми глазами…

Подойдя к двери — на цыпочках, словно это что-то меняет, я рывком распахиваю её и прыгаю в коридор.

Предосторожности смешны и излишни. Там никого нет. Только валяется на полу пробитая пулей картина.

Поднимаю, смотрю на холст. Пуля прошла как раз сквозь нарисованную хижину. Вместо неё теперь — пятно размазанной краски, разложенной на шестнадцать оттенков.

Хижины больше нет.

Я отношу картину в номер, кладу на неподвижные тела. Выхожу, запираю дверь, спускаюсь. Можно взять напрокат мотоцикл или автомобиль, стоянка рядом с гостиницей, но лучше довериться «Дип-проводнику».

Поднимаю руку — из-за угла немедленно выныривает крошечная жёлтая машинка. За рулём — похожий на панка парень, один из базовых типов программ-водителей.

— Ресторан «Три поросёнка», — говорю я, садясь.

— Поездка займёт три минуты. — Водитель отвечает с лёгким акцентом, напоминающим прибалтийский.

Машина трогается, и в этот миг у меня пищит пейджер. Нажимая кнопку приёма, уже догадываясь, кто отозвался.

— Хай… — глухо говорит Маньяк. — Я буду, жди.

Лаконично.

Показалось мне или нет, что в его голосе акцент не меньше, чем у водителя? Наверное, показалось. Всего-то год прошёл.

Маньяк уехал в Штаты как-то очень вдруг. Многие ребята уехали… но обычно об их намерениях знаешь задолго. А Шурка оказался самым выдержанным — сказал, лишь когда у него был на руках билет в Сиэтл. Наверное, в советские времена так уезжали в Израиль евреи — скрывая до последнего.

А самое смешное, что я мог бы ещё год этого и не знать. Как раз тогда мы с Викой переехали в Москву, и видеться мы всё равно смогли бы лишь в глубине.

Впрочем, нет, не смогли бы. Ночью, когда я гуляю по виртуальности, у них день, и Маньяк работает. Виртуальность убирает расстояние, но никак не время.

Машина скользит по каким-то унылым переулкам, разок мелькают вдали башни «Микрософта», потом мы выскакиваем на проспект и через несколько секунд притормаживаем возле ресторанчика.