Читаем Фальшивые зеркала полностью

— На данный момент — да. — Недосилов уже расположился на диване. Ёрзал, устраиваясь поудобнее. С людьми он сживался моментально, а вот с пространством — нет. Есть люди, которые могут, войдя в чужой дом, сразу стать его частью, — будь то сверкающая и богатая квартира, или захламлённая комната в коммуналке. Андрей к их числу не относился, наверное, только в своём доме он был адекватен среде. — Я собрал весь существующий материал о так называемых дайверах…

Сорвав целлофан, я сунул розу в воду. Вика тревожно глянула на меня, взяла вазу. Мгновенно изменилась в лице:

— Лёня, ты что? Тут же кипяток…

Она метнулась в коридор, на ходу выдёргивая несчастный цветок.

Я сел рядом с Андреем. Молча откупорил бутылку водки. Вопросительно глянул на гостя.

— Если позволишь… — Недосилов открыл предусмотрительно принесённый ликёр, что-то ирландское, сливочное. Налил мутной белой жидкости в рюмку. — Виктория, что будешь пить?

— Поскольку у нас лишь водка, — сказала Вика, входя, — то ликёр…

Чёрт. Забыл, что она просила взять вина или пива…

— Вика, в магазине ничего приличного не было… — пробормотал я.

— Да ничего страшного, — ставя розу посреди стола, отмахнулась Вика. — Андрей же догадался…

— За ваш дом, — положив себе ложку салата, сказал Недосилов. — Наконец удалось к вам выбраться…

Мы сдвинули рюмки. Проглотив тепловатую, но не слишком противную водку, я попытался представить следующие тосты.

За хозяйку. За хозяина. За гостя и его успешную научную работу. За страну и народ… нет, вначале за здоровье присутствующих, потом — за страну и народ. Потом за наш ответный визит.

Впрочем, я переоцениваю Андрея — он даже слабенького ликёра выпьет не больше трёх-четырёх рюмок за вечер. Так что страна и народ могут быть свободны, до них очередь не дойдёт.

— А как ваша работа? — закусывая ликёр салатом оливье, спросил Недосилов.

Вопрос, похоже, в равной степени относился к нам обоим.

Мы с Викой переглянулись.

— Нормально, — ответила Вика. — Развитие пространственного и образного мышления у младших школьников… я ведь тебе писала. Использование глубины как корректирующей методики при нарушениях восприятия…

— Скоро докторская? — по-деловому осведомился Андрей.

— Ага, — легко ответила Вика.

— Позови на защиту, обязательно! И, давай, напишу хороший отзыв.

— А если тебе не понравится? — спросила Вика.

— Как мне может не понравиться твоя работа? — удивился Недосилов. — Я ведь знаю твой уровень! Леонид, а как у тебя дела?

— Работаю в крупной фирме Диптауна, — сказал я. — Специалист по транспортным операциям.

Андрей кивнул.

— Грузчик, — уточнил я.

Недосилов улыбнулся. Похоже, счёл, что это сленг.

— Андрей, так расскажи, что там с дайверами? — спросил я. — Существуют они или нет?

Психолог наконец-то устроился удобно, обжился на диване. Вздохнул:

— Понимаешь, Леонид, исходя из картины мира, как совокупности базовых представлений общества и сопутствующих субкультур множества социальных микросред, существует абсолютно всё. Реальность Кащея Бессмертного или Бабы Яги тоже нельзя подвергать сомнению — если рассматривать эти фигуры в контексте конкретной исторической и культурной обстановки. Что такое на самом деле мифология? Внесение в мир недостающих компонентов, оживших в человеческом сознании, но не имеющихся в материальной реальности. Согласен?

— Да, пожалуй.

Вика глянула на часы, встала, вышла на кухню, предупредив:

— Скоро будет горячее…

— Так вот, — Андрей, похоже, повторял какие-то фрагменты своего сегодняшнего доклада, — для создания полноценного, живого — именно живого, мифа, необходимы следующие обстоятельства. Первое: общество, или его организованная и устойчивая часть, должно нуждаться в данном мифе. Существовал ли этот фактор в начальном этапе созидания виртуальности? Конечно, в связи с несовершенством программного и технического оборудования. Многочисленные инциденты требовали мифа о спасителях-дайверах, которые найдут, помогут, защитят… Теперь второе! Должны наблюдаться те или иные реальные проявления действия мифологических персонажей. Зевс был реален для древних греков именно потому, что каждый видел молнии.

— Значит, и дайверов видели?

Недосилов погрозил мне пальцем.

— Не дайверов! Наблюдались события, которые можно было приписать дайверам. А именно, в ситуации, когда обычный человек не мог самостоятельно выйти из виртуальности, некоторые выходили. Как это могло быть воспринято? Только как существование особых людей, полностью контролирующих своё сознание и не теряющих контакта с реальностью!

— А как ты объясняешь эти случаи?

Андрей тихо засмеялся.

— Леонид… ну всё ведь так просто! Я понимаю, ты регулярно бываешь в виртуальном мире, в этом самом Диптауне… ты свыкся с его сленгом, культурой, мифами… Но попробуй отрешиться и представить ситуацию здраво, с точки зрения нормального, здравомыслящего человека!

— Трудно, но попробую… — Я налил себе ещё водки. С кухни доносился какой-то шум, я быстро выпил и поставил рюмку на место. Андрей деликатно сделал вид, что ничего не заметил.

А может быть, и впрямь не заметил…

— Вначале я пошёл по ложному пути, — самокритично сказал Недосилов.