Читаем Фактор холода полностью

Обычно его внутреннее чувство ориентации было надежно, как компас, но на этот раз стоило ему на секунду остановиться и бросить взгляд на часы, как он начал опасаться, что шестое чувство изменило ему. Даже со скидкой на пересеченность местности и трудности пути, судя по времени, он давно уже должен был миновать первый поворот и достичь дороги.

Он огляделся в тщетной надежде понять, где он, но в круговороте снежинок один ствол выглядел совершенно точно так же, как другой. Естественные ориентиры – скальные выступы, гнилые пни – были покрыты глубоким, все нивелирующим слоем снега. Только дорожка его следов пятнала безупречный снежный покров.

Разум подсказывал ему, что нельзя доверять себе, что он мог ошибиться, что, вероятно, он ходит кругами. Но внутренний инстинкт, заглушая разум, твердил, что он на верном пути, а его единственная ошибка состоит лишь в неверной оценке расстояния. Он еще не миновал поворот и вскоре выйдет на дорогу. На этот инстинкт Тирни полагался так часто, что последовал ему и теперь. Ему приходилось низко наклонять голову против ветра, но он упорно шел вперед, твердя себе, что стоит только пройти еще немного, как он найдет дорогу.

Он ее нашел.

Только не совсем так, как ожидал.

Он приземлился на нее после падения с девятифутовой высоты.

Его правая нога нашла дорогу первой. С размахом молотобойца она пробила двадцатидюймовый слой снега и врезалась в обледенелое шоссейное покрытие, исторгнув из горла Тирни душераздирающий вопль.

* * *

После того как Эрни Ганн объявил Бегли, Филину и Бертону, что считает похитителем Бена Тирни, ему больше нечего было добавить. Не говоря ни слова, он решительно повел свою жену к двери. Их уход создал вакуум в тесном кабинете шефа полиции Бертона.

Неловкое молчание нарушил Бегли:

– Надо поговорить с этим Хеймеровым мальчишкой.

Филин заранее знал, что таков будет следующий ход Бегли.

– Любопытно будет пощупать его пульс по поводу исчезновения Миллисент.

– Минуточку, – вмешался Бертон. – «Пощупать его пульс»? Скотт хороводился с девчонкой год назад, что тут такого?

– А то, что мы хотим с ним поговорить. Вы против? – Убийственный взгляд Бегли словно вопрошал, посмеет ли Бертон оспорить его решение.

– Я хотел бы предварительно уведомить Уэса.

– Зачем? – спросил Филин.

– Это уголовное расследование, – напомнил Бегли. – Имею право преследовать любую дичь. И плевать я хотел, кто его папаша.

– Что ж, тут мы расходимся, – воинственно заявил Бертон. – Мы не можем просто заявиться к ним домой и начать задавать вопросы об отношениях Скотта с пропавшей девушкой.

У Бегли его слова вызвали смех.

– А почему нет, черт побери?

– Потому, – возмущенно ответил Бертон, – что мы здесь так не работаем.

– Ну, вы здесь так работаете, что пропавших женщин так и не нашли, верно?

Изуродованное лицо Бертона побагровело еще больше, но Бегли вскинул руку, пресекая все дальнейшие возражения шефа полиции.

– Ладно, ладно, не кипятитесь. Не хочу, чтоб потом пошли слухи, будто ФБР нарушает местный этикет. Вроде бы Хеймер взялся принести нам бутербродов на ленч, разве не так?

– Так.

– Когда придет сюда, скажите ему, что мы хотим поговорить со Скоттом. В детали не вдавайтесь, просто скажите, что у нас есть к нему вопросы. Мы поедем к нему сразу, как перекусим.

Бертон вышел, даже не кивнув.

– Они близкие друзья, – объяснил Филин, когда шеф полиции скрылся за дверью.

– Придется нам учесть это обстоятельство.

После этих слов Бегли заявил, что ему нужна тишина. Филин оставил его одного в кабинете. Закрывая за собой дверь, он заметил, как старший спецагент вынимает Библию.

В прихожей Филин, игнорируя злобный взгляд, брошенный на него Бертоном, попросил дежурного предоставить ему работающую телефонную линию. Он сделал звонок Перкинсу в Шарлотте, но соединился только с его голосовой почтой. В кратком послании он сообщил своему товарищу об аварии с электричеством и о ненадежности сотовой связи.

– Если не сможешь связаться со мной по телефону здесь, в полицейском участке, сбрось мне на пейджер код три-три-три. Это будет мне сигналом проверить электронную почту.

В тот самый момент, когда он вешал трубку, Уэс Хеймер вошел в участок с коробкой, полной бутербродов. Но вместо ленча он преподнес им сообщение о том, что новость об опознании Синего передали по местному радио.

– Вы, конечно, шутите, – растерялся Филин. – Этого не может быть.

– Это так же верно, как смерть и налоги, – подтвердил Уэс. – Хотите, я съезжу туда и велю им тормознуть?

– Лошадь уже ускакала, – ответил Датч, опередив Филина. – Поздно запирать конюшню.

По мнению Филина, Бертон не выказал особого расстройства из-за того, что имя Тирни преждевременно попало на радио. Напротив, казалось, он втайне радовался. А вот старший спецагент Бегли наверняка взовьется под потолок, когда узнает, и весь его гнев выплеснется на голову Филину. Увы, именно ему выпало на долю несчастье сообщить своему начальнику о катастрофе.

Он постарался выяснить все возможные подробности, после чего предоставил остальным есть бутерброды, а сам пересек короткий коридор и постучал в закрытую дверь кабинета.

– Сэр?