Читаем Файролл полностью

— Светлые! — закричала ведьма-палач и всадила свой кинжал парнишке в живот, распарывая его, как рыбу. — Убивать пленных, они не должны им быть доступны. Госпожа!

— Тревиль, эту тварь прикончи первой! — заорал Мюрат. — Она может свою хозяйку призвать, а с ней мы не справимся!

Тревиль куницей проскочил мимо двух ведьм, при этом успел одну задеть дагой, которую он держал в правой руке, а второй садануть в спину навершием боевой тяжелой шпаги, которая у него была в левой.

— Ну, красотка, — оскалился он, глядя на ведьму, отпихнувшую ногой умирающего мальчишку-инквизитора, который с ужасом смотрел на свой располосованный кровоточащий живот и инстинктивно пытался запихнуть в него обратно сизые внутренности. — Потанцуем танго смерти?

— Ты есть мортес, мертвец, — зашипела ведьма. — Тело умирать, а твоя душа я буду еще долго играть!

Тревиль не стал ей отвечать и сделал выпад.

Джекс успел отрубить руку одной ведьме и подрубить ноги другой, Мюрат вспорол своим мечом горло злодейке, которая кинулась к пленным инквизиторам. Еще пара нечистых корчилась на земле со стрелами в глазницах — Фаттах тоже знал свое дело.

— Умереть, светлый! — На меня откуда-то сверху прыгнула фигура в балахоне. Они летать умеют никак?

Я принял ее на свой меч и почувствовал, как под лезвием расходится и прорывается мягкая человеческая плоть. Сделав бросающее движение, я скинул ведьму с клинка, она покатилась кубарем по каменной крошке и, шипя, попыталась подняться. Сверкнуло лезвие, и ее голова отделилась от тела. Никогда не думал, что стану такое делать, и никогда не думал, что сделаю это так просто.

Вот так. Посмертное, стало быть.

— Эх, — раздался выдох Вахмурки, а затем послышался шум падающего тела.

Ну, елки-палки, чего ж их не двадцать-то, а! Обидно. Понятное дело, что специально искать столько ведьм я не буду: и парни не поймут, да и я сам такое им не предложу. И хорошо, с другой стороны, что их не двадцать, мы бы столько не завалили…

Бой кончился. Подраненных ведьм добивал Вахмурка, лихо орудуя топором прямо как заправский дровосек и время от времени матерясь в бороду, надо думать, в момент получения посмертных заклятий.

Тревиль пытался поймать предводительницу ведьм, которая очень лихо уворачивалась от него, хотя кое в чем он преуспел — у нее уже был прорван в нескольких местах балахон, она явно хромала на одну ногу и при прыжках от нее летели брызги черной крови.

— Я сам! — орал Тревиль. — Не лезьте!

— Тревиль, заканчивай. — Мюрат нервно передернулся. — Это не тот враг, с которым стоит шутить. Хейген, чего встал, освобождай этих гавриков, и пусть они отсюда валят!

Точно! Я подошел к инквизиторам.

— Господа инквизиторы, вы свободны, давайте я перережу вам веревки.

Седой мужчина, тот, который вызывался на смерть первым, протянул мне спутанные веревкой руки.

— Благодарю тебя, воин. Позволь узнать твое имя.

— Тан Хейген из Тронье, — негромко ответил ему я. — Я послан Жилем де Бласси специально для того, чтобы освободить вас.

— Месьор Жиль жив? — обрадовался седовласый. — Вот славная новость. Давайте я вам помогу распутать остальных.