Читаем Файролл полностью

Рассматривая картину всеобщего боя, я увидел нечто, крайне мне не понравившееся. Совсем недалеко от меня, буквально под стеной, к которой припарковались "Мышата", трое "Диких" зажали в углу красотку Милли Ре, с которой прямо перед боем я познакомился в шатре главнокомандующей. Она явно была замечательной мечницей, ее два клинка порхали, как бабочки, и она довольно удачно оборонялась от трех воинов, но ее поражение было всего лишь вопросом времени. Нападать она не могла, отдавая все внимание и силы защите, и поэтому рано или поздно трое здоровенных воинов неминуемо возьмут над ней верх. Я это понял и стал думать, как помочь союзнице. Что, ввязавшись в бой, я ей точно не помогу — мне было предельно ясно. Пара ударов — и я воспоминание. Использовать эффективно те двадцать — тридцать секунд, что я ей выиграю, она, может, и успеет. А может, и нет. Тут надо что-то другое. Но вот что?

Я обводил глазами стену, и мой взгляд зацепился за обломок зубца, довольно длинный и угловатый, снесенный, видно, еще во время артподготовки одним из фаерболов, которые запускали наши маги.

— О! — сказал я и поднял указательный палец.

Я подбежал к обломку и попытался его поднять. Оказался невероятно тяжелый, зараза. И я его потащил волоком, чихая от пылюки, которую сам же и поднял.

Видит бог, я спешил, как мог, но когда подтащил булыжник к нужной мне точке и посмотрел вниз, чтобы определить квадрат камнеметания, то увидел, что дела Милли уже очень плохи. Она отбивалась из последних сил и, судя по всему, уже пропустила пару ударов. Надо было поспешать. Я установил камень на самом краю и заорал:

— Эй, уроды! Вы трое, что девчулю обижают!

У меня не было уверенности, что в этом шуме меня услышат, но то ли у них там внизу была акустика получше, то ли заорал я довольно громко, но двое из трех голову подняли, возможно, чисто инстинктивно.

— Получи, фашист, гранату, — сказал я и толкнул камень вниз, прямо на глазеющих в недоумении на меня "Диких". Увернуться они не успели — камень летит быстро, да и, полагаю, их изумление мне сильно помогло. Попал я удачно — обломок зацепил двоих, не убив, но раскидав их в разные стороны.

Милли использовала предоставленную ей передышку крайне эффективно. За эти секунды она, видимо, на пределе сил, атаковала третьего противника, провела ряд блестящих фланконад и добила его прямым ударом в горло, что было довольно красиво.

После она подбежала к одному из двух оглушенных и начала рубить его саблями, судя по всему, при этом отчаянно бранясь. Тот вертел головой и никак не мог дотянуться до своего меча, но умирать не спешил.

Последний из трех супостатов очумело вертел головой и пытался подняться.

"Э-э-э, беда, увлеклась барышня, тут и до неприятностей недалеко. И не доорешься до нее", — понял я и побежал вниз, надеясь только на то, что меня никто не пришибет по дороге.

Как мне не перепало — не понимаю. Спустившись с лестницы, я чуть не попал под молодецкий удар варвара, машущего дубиной налево и направо. Я упал на четвереньки и отполз к стене, надеясь, что варвар меня даже и не заметил. Так оно, похоже, и было. Рассудив, что на четвереньках я, конечно, менее заметен, но это здорово снижает скорость, я встал и припустил трусцой вдоль стены, ориентируясь на звонкий девичий мат. И успел вовремя.

Третий противник все-таки встал, хотя и выглядел жутковато. Судя по всему, обломок саданул ему по башке и еще добавил по правому плечу, поскольку "Дикий" был здорово скособочен и меч держал в левой руке. Но держал он оружие крепко и, пошатываясь, приближался к Милли, которая уже почти превратила своего врага в винегрет.

"Что-то я сегодня как Чип и Дейл прямо. Все спасаю, спасаю", — подумал я, нанося удар "Мечом возмездия" сзади по ногам пошатывающегося врага.

Тот упал, но снова стал подниматься. И хотя его линия жизни уже была в устойчиво красном секторе, умирать он не собирался.

— Ну я тебя сейчас, — бормотал он, вставая и не обращая внимания на мои удары, которые, конечно, не могли отправить его в Валгаллу, поскольку был он сто двадцать четвертого уровня.

— Ты, главное, не убегай, все равно догоню.

Да ни фига бы он меня не догнал, но если я смоюсь, то он до Милли дойдет. Судя по выкрикам: "Да когда ж ты сдохнешь, скотина?!" — девка совсем осатанела.

— Да чего мне бежать от такой дохлятины, как ты, — сказал я, чтобы довести его злобу до предельного значения.

— Дохлятины? Дохлятины?! — заорал "Дикий" и попытался броситься на меня и нанести удар.

Ну конечно, в его нынешнем состоянии он путно сделать это не смог. От его удара я увернулся и даже рубанул его по руке. И неожиданно для себя самого выбил у него меч.

— Ты это как? — "Дикий" удивленно уставился на меня.

— Вот так, — не менее удивленно сказал я.

— Э-э-эх! — вмешался в наше общение какой-то гном с эмблемой "Гончих" на груди и лихим ударом боевого топора поставил точку в этом разговоре.

— Чего болтаешь? — заорал он на меня. — Иди р-р-рубись!

И потопал в гущу боя, который уже сместился к центру площади, — похоже, что клан "Дикие сердца" переставал существовать в том виде, в котором был ранее.