Тора с пафосом провозглашает: «Правды, правды ищи». Повторение слова «правда» в этом стихе иногда интерпретируется как указание на то, что справедливыми должны быть и средства и цели. Справедливость рассматривается как обязательная для Б-га и для людей. Когда Авраам считал, что Б-г поступает неподобающим образом, он бросил Ему прямой вызов: «Неужели и Судья всей земли не будет судить справедливо?» (Брейшит, 18:25; см. гл. 7). Для пророков правда и справедливость – главное дело Б-га: «Пусть справедливость хлынет, как вода, и правда – как неиссякающий поток», – заявляет Амос в наиболее часто цитируемом стихе своей книги (5:24).

Внимание Торы к справедливости оказало сильное влияние на последующее еврейское право. Например, английское слово «милосердие» происходит от латинского каритас, дословно «от сердца», и подразумевает добровольный акт. На иврите «милосердие» – цдака, это просто женский род от слова цедек («справедливость»). В еврейском праве тот, кто не оказывает благотворительность, не просто немилосерден, но и несправедлив. Еврейские суды без колебаний принуждали людей оказывать благотворительность.

Евреев часто обвиняют в разжигании чувств мести во имя справедливости. В декабре 1989 г. во время посещения Иерусалима лауреат Нобелевской премии епископ Десмонд Туту сказал, что пришло время простить нацистов за убийство шести миллионов евреев. Туту говорил, что прощение должно распространяться и на престарелых военных преступников, живущих на свободе. Почти все евреи нашли советы Туту оскорбительными. Во-первых, еврейская традиция считает аморальным прощать убийства, совершенные в отношении любых народов (см. Раскаяние / Тшува). К тому же несправедливо, если убийцы мужчин, женщин и детей будут продолжать жизнь ненаказанными. Мнение Туту о том, что массовое убийство должно оставаться неотмщенным, поразило большинство евреев как квинтэссенция несправедливости, а значит, и нееврейской позиции.

257. «Око за око»

^{(Шмот, 21:24)}

Если можно говорить о «низости» библейских образов, то самым низким был бы «око за око». Он обычно приводится для доказательства сути Танаха с его этикой мщения и противопоставляется более высокой новозаветной этике прощения. «Око за око» часто связывается с современными евреями. Например, критики Израиля обычно приписывают ему политику «око за око», когда он выступает с актами возмездия за террористические акты арабов.

В действительности библейский стандарт «око за око» стоит в прямом контрасте с юридическими стандартами, господствовавшими в окружавших евреев обществах. Законы Хаммурапи предписывают возмездие даже в отношении невинных. Так, если А строит здание для Б и здание обрушивается и убивает дочь Б, то умерщвляется и дочь А (закон № 229). Библейское правило «око за око» разрешает наказание лишь виновного. Более того, в отличие от законов Хаммурапи причинивший смерть нечаянно никогда не подвергался казни.

«Око за око» также служит для ограничения мщения: он не разрешает отбирать «жизнь за око» или даже «два глаза за око». Библейский принцип – чтобы возмездие соответствовало преступлению, а не превышало его. Кровная месть долго практиковалась среди соседей израильтян (сохранялась на Ближнем Востоке до XX в.) и не имела никаких сдерживающих начал.

Христиане часто считают, что Йешу отошел от стандарта «око за око», защищал прощение и считал возмездие недостойным человека. Но Новый Завет содержит и такое высказывание Йешу: «А кто отречется от меня пред людьми, отрекусь от того и я пред Отцом моим небесным» (Матфей, 10:33). Иными словами, Йешу аналогичным образом выступал за обращение с другими так, как они обращаются с вами: стандарт справедливости, полностью совпадающий с требованием «око за око».

Во времена Талмуда принцип «око за око» уже не выполнялся буквально, и ортодоксальные еврейские ученые полагали, что так было и прежде: мудрецы опасались, что сам процесс лишения глаза преступника может убить его, а это запрещено (Бава кама, 84а). «Око за око» поэтому понималось как требование денежного возмездия, равного по стоимости глазу. То же понимание применялось к другим наказаниям, перечисленным в этом библейском стихе («зуб за зуб, рана за рану»).

Единственное наказание, которое не предусматривало денежной компенсации, – это наказание за убийство. «Жизнь за жизнь». Так как Тора считала преднамеренное убийство достойным смертной казни: не было опасений наказать преступника чрезмерно. Еврейский закон предписывает, однако, лишать убийцу жизни как можно быстрее. Поэтому позже еврейским законом запретили применять римский способ казни через распятие.