В периоды экономического спада очереди израильтян, стоящих за визами в американское посольство в Тель-Авиве, вырастают до неимоверных размеров. В 60-х гг. один израильский карикатурист сделал очень едкий шарж зала ожидания в аэропорту Лод: «Когда последний израильтянин покинет страну, не забудьте, пожалуйста, выключить свет».

Странная, но типичная черта йордим – их нежелание признаться, что они покинули Израиль навсегда. Сами воспитанные так, чтобы считать йордим дезертирами, израильские эмигранты часто настаивают, что они непременно вернутся в Израиль через несколько лет, после того как заработают достаточно денег. Ни один из них, однако, до сих пор не подсчитал, какая именно сумма денег будет достаточной, и в итоге большинство йордим остаются в тех странах, куда выехали.

Часть седьмая. Катастрофа

181. Адольф Гитлер (1889–1945) и нацизм. «Майн кампф». Арийская раса. Нюрнбергские законы

Гитлер был антисемитом даже в большей степени, чем расистом. Хотя японцы и немцы явно не принадлежали к одной расе, его не мучила совесть после создания с ними военного союза и провозглашения желтолицых обитателей Японии «почетными арийцами». Между тем Гитлер никогда бы не объявил «почетными арийцами» евреев, даже если бы это было в интересах Германии. Задолго до того, как начать убийства евреев, он подверг ряд крупнейших немецких ученых жестокой травле лишь за то, что те были евреями. Они были вынуждены эмигрировать; ирония судьбы в том, что один из них, Альберт Эйнштейн, прибыв в Соединенные Штаты, сыграл там видную роль в создании атомной бомбы.

Что лежало в основе бешеной ненависти Гитлера к евреям? Ни одна из объемистых биографий Гитлера не отвечает с уверенностью на этот вопрос. Нет ни одного свидетельства того, что Гитлер когда-либо претерпел что-либо дурное от евреев; кстати, именно врач-еврей героически боролся за то, чтобы сохранить жизнь его матери. Однако очевидно, что иудаизм и его представления о Б-ге вызывали у Гитлера ту же лютую ненависть, что и сами евреи. Именно евреи, говорил он Герману Раушнингу, принесли в мир своего «тиранического Б-га» и Его «отрицающие жизнь Десять заповедей»; именно этим Десяти заповедям с их бесчисленными запретами Гитлер объявил войну. Только уничтожив всех до единого евреев, можно надеяться на полное искоренение еврейской идеи единого Б-га и единой морали, считал Гитлер.

По мнению Гитлера, евреи продолжают придерживаться своих «еврейских идей» даже в тех случаях, когда принимают христианство или отказываются от иудаизма в пользу коммунизма. В этом Гитлер отличался почти от всех прежних антисемитов; он рассматривал христианство и марксизм как очевидную диверсию еврейства против арийских ценностей.

Но что представляли собой сами «арийские ценности»? Немногими из них, что удается четко сформулировать, являются опять же ненависть к евреям и иудаизму; важная роль здоровых белокурых людей; необходимость совершенствования граждан, которые должны беспрекословно подчиняться своему верховному вождю-фюреру, и идеология, возвеличивающая доисторического человека в его связи с почвой и культурой. Идеология Гитлера была не столько продуманной философской системой, сколько эмоциональной реакцией на тот мир, в котором Германии пришлось плохо.

Германия, несомненно, несла главную ответственность за развязывание Первой мировой войны. И когда война кончилась, победители наказали ее тем, что заставили выплачивать крупные репарации. Союзники резко ограничили и размеры германской армии. Эти договоренности, достигнутые в Версале, Гитлер неизменно называл унизительными для Германии.