Впавший в ярость Вейдер вцепится в горло кому угодно, и даже умирая, утащит с собой в ад, вцепившись своими металлическими пальцами, проткнув ими грудную клетку и схватившись за ребра!

А это означает лишь одно: Вайенс добудет себе пару-тройку доз, как раз по числу важных ему боев — Император, Люк, Вейдер, например, — и сам устранит Ирис ещё до того, как до неё доберётся Вейдер. Или даже не дожидаясь этих доз, невелика потеря. В этом нет никакого сомнения.

Значит, надо действовать быстрее него.

А что она может, собственно?

Ирис затянулась сигаретой и покачала головой.

Ни-че-го.

Она находится тут на полулегальном положении и всецело зависит от Вайенса. Кто она, откуда — знает только генерал.

Кроме троих-пятерых людей никто не знает — её почти никто не видел, Вайенс скрывает ото всех Ирис — и это с его стороны разумно. Потом, когда аристократочка закатит истерику Вейдеру, а он начнет расспрашивать, а что это за женщина его оговорила, никто и не подумает связать её с именем Вайенса.

Та-а-ак.

Что из этого следует? Только то, что встреча с аристократкой будет организована Вайенсом где-нибудь в другом месте, не на Риггеле. Чтобы ничто не связывало имени Ирис с его именем. С ним. С тенью его.

Помнит ли Тёмный Лорд её? Если у него нет склероза, то помнит. Знает, что её якобы спас генерал? Да, наверное. Но это ничего не значит. Женщину ситху могли подсунуть специально — в это Вейдер поверит скорее, чем в то, что этот жалкий червяк Вайенс и есть его тайный и такой смелый недоброжелатель.

Судя по тому, как Дарт Вейдер унизил бравого генерала, он ставит его ниже пилота Альянса. В их с Евой отношениях он его не видит вообще, и точно знает, что сам по себе Вайенс так ничтожен, что его слово не решает ничего.

В голову великого ситха ни за что не придет то, что Вайенс всё же наберется смелости, и что ему хватит ума вклиниться между ними. Да он уже вклинился, подумала Ирис, покачав головой, вклинился в тот самый час и миг, когда лег на первое вливание императорской крови. В бою за Еву он прошел страшный и сложный путь, и ясно, что его ничто уже не остановит.

Впрочем, ситхи другими путями и не ходят…

Дарт Акс — ситх, такой же, как и Палпатин, такой же, как и Дарт Вейдер, нравится это кому-то или нет. Его не стоит сбрасывать со счетов — а вот и первый урок, который преподали ей ситхи. Не стоит недооценивать противников, даже если они кажутся ничтожными.

— Не стоит, — задумчиво повторила Ирис, и в её глазах засверкала злость.

Но она не Вайенс и не Дарт Вейдер. Такая мелкая единица, что её никто не замечает, а она видит всех. Сильные мира сего решили, что могут перемолоть её в муку, как давеча утилизатор грязные тряпки, но она будет сопротивляться до последнего.

— Тем более, что испытания на человеке прошли успешно, — злорадно произнесла Ирис, и в глазах загорелась решимость. — Видит бог, я волью себе эту сыворотку, если потребуется, и размозжу голову любому, кто попытается хоть пальцем меня тронуть!

26. Клин. Дарт София. Восхождение

Однако такое положение вещей заставляло шевелиться.

Если Ирис желала быть на шаг впереди, ей нужно было действовать!

Вайенс, как и Дарт Вейдер, страдал одним существенным недостатком — он опасно недооценивал противников. В частности, Ирис, которую, казалось бы, довольно хорошо уже знал и сам не раз отмечал, что её воля и способность сопротивляться обстоятельствам практически безграничны.

Изнасиловав её, он самодовольно думал, что женщина как минимум три дня будет приходить в себя, рыдая и залечивая душевную рану, другими словами — она растратит такое драгоценное время на пустые жалобы небесам, возможно, на алкоголь и на слёзы.

Но он заблуждался.

Впустив дроидов-уборщиков, чтобы они навели порядок в лаборатории, Ирис поспешила к себе, в комнату при медцентре, отведенную ей Вайенсом. Там она приняла душ и переоделась в неприметную тёмную одежду — чёрные брюки из плотной, но не сковывающей движения ткани, самого простецкого вида свитер, добротные высокие ботинки на толстой удобной подошве — в таких и подкрасться незаметно можно, если что, — и черная куртка из тонкой кожи, без каких-либо изысков. Выбор одежды объяснялся удобством, практичностью и незаметностью. В толпе таких серых, скучных, непримечательных фигур миллион, заметить и запомнить человека, ничем не выделяющегося, будет намного труднее.

Свои шикарные чёрные волосы Ирис после некоторых раздумий и колебаний собрала в узел. Сначала она хотела бесцеремонно отхватить их ножом и упрятать под капюшон или тёмную кепку, какую обычно носили на Риггеле охранники и уборщики — низший обслуживающий персонал, но потом вспомнила о том, что кроме опасной работы ей предстоит ещё и встреча с Евой, и опустила нож, лезвие которого уже перерезало несколько тонких прядей волос, скрипящих в сжимающей их ладони.

Разговор с Евой!

Ах, ты ж чёрт…