Читаем Если Небо Упадет полностью

— Тогда я не сдвинусь с места.

— Отлично.

Взмахиваю руками и вырываюсь вперед. Довольно вскидываю подбородок, когда понимаю, что навязчивый незнакомец остался позади. Надо же, прилип, будто жвачка. Не думала, что такие люди существуют: люди, которым не плевать. Неужели он действительно понял, что я хочу прыгнуть? Почувствовал, что я хочу умереть? Хотя странно отнюдь не это. Странно то, что парень спас меня. Помог остановиться. Окружающие даже головы в мою сторону не повернули, а он подошел и продлил мне жизнь.

Нехотя бросаю взгляд себе за спину, в глубине души надеясь увидеть странного, темноволосого парня. И вдруг примерзаю к месту, понимая, что тот остановился посередине пешеходного перехода, не двигается. Уже все люди находятся на моей стороне. Только Дима стоит на трассе, держит руки в карманах и смотрит на меня так, будто я обязана за шиворот стащить его с дороги.

Ошеломленно вскидываю брови и приоткрываю рот. Кидаю взгляд на светофор: осталось девять секунд.

— Что ты делаешь? — на вздохе спрашиваю я и вновь встречаюсь взглядом с незнакомцем. — Не сходи с ума.

— Тебе можно, а мне — нет?

Резко скрещиваю на груди руки. Нервно прикусываю губу, замечаю, как из машин на парня уставились люди, и усмехаюсь:

— Тебя не собьют. Никто не поедет, просто не решится, так что единственное, чего тебе действительно стоит бояться — это взбешенных водителей, которые не поленятся выйти и выбить из тебя всю дурь.

— И это будет на твоей совести.

Я нервно покачиваю головой, отворачиваюсь и вижу, как значок для пешеходов становится красным. Первая машина сигналит. Смотрю на довольное лицо Димы и цокаю:

— Я ухожу.

— Уходи.

— Ухожу!

Разворачиваюсь и резко опускаю руки. Начинаю вновь двигаться в сторону автобусной остановки. Слышу, как гудков становится больше, нервно прикусываю губу, хочу проверить, что там происходит, но приказываю себе не обращать внимания. Рано или поздно парня прогонят с дороги. В любом случае.

По улице проносится хлопок двери. Непроизвольно оборачиваюсь, вижу, как лысый мужчина уверенно несется на Диму, и едва не вскрикиваю. Внутри все вспыхивает. Я нехотя прирастаю к земле, закрываю руками лицо, когда незнакомец толкает парня в плечо, и шепчу:

— О, господи.

Оглядываюсь, ищу глазами людей, которые смогли бы предотвратить то, что сейчас происходит на дороге, но никто не проявляет инициативу. Уверена, никто даже не обратит на это внимания, потому что в больших городах, да, и в маленьких уже наверно, окружающим нет никакого дела друг до друга. Каждый сам за себя. Сплотить нас могут лишь общие проблемы. Да, к сожалению, если этот процесс объединит мозги всех ждущих водителей в единое орудие, Диме не поздоровится.

Мужчина переходит на крик. Меня это здорово пугает, поэтому я непроизвольно сжимаю пальцы в кулаки, впиваюсь ногтями под кожу. Поднимаю взгляд и вдруг понимаю, что Дима сверлит во мне дыру. Смотрит так пронзительно, что хочется, как страус засунуть голову в песок. Улыбается, гад. Я закатываю глаза к небу и пытаюсь выдавить из себя непринужденную позу: мол, мне абсолютно плевать на все, что с тобой происходит, однако ничего не выходит. Собственно бросив все попытки обмануть незнакомца, я случайно отвечаю на его улыбку. Усмехаюсь, тут же одергиваю себя и вновь придаю лицу грозное выражение.

— Эй! — Мужчине явно не нравится, что парень не обращает на него внимания. — Ты меня вообще слышишь?

Но Дима не слышит. Он кривит рот на одну сторону, наклоняет подбородок вперед и ждет: ждет, что я сдамся. Правда, таким бесценным терпением обладает лишь он сам. В очередной раз не получив ответ на вопрос, взбешенный мужчина размахивается, выпускает кулак и со всей силы впечатывает его в нос незнакомца. Хруст. Я вскрикиваю, прикрываю ладонями рот и растеряно наблюдаю за тем, как мужчина выталкивает ногами парня на тротуар. Он брезгливо одергивает руки, орет что-то, и я резко срываюсь с места.

— Больной, — заключает тот, возвращаясь в машину. — Идиот, — добавляет он и ударяет по газам.

Возобновляется движение. Люди расходятся, а, Дима, перекатившись на спину, начинает громко смеяться.

— Ты что ржешь? — испуганно вскрикиваю я. Вижу кровь на его губах, подбородке и дрожащими пальцами ищу в сумке сухие салфетки. — Ненормальный, просто ненормальный псих. Зачем? К чему все это?

Парень не останавливается. Хватается руками за живот и притягивает к груди ноги.

— Ты понимаешь, что ведешь себя дико?

— Сказала девушка, десять минут назад пытавшаяся покончить с собой.

Я обижено поджимаю губы. Наконец, нахожу салфетки и, помедлив, бросаю их рядом с парнем. Затем поднимаюсь на ноги.

— Ты чего? — смутившись, спрашивает Дима. Морщится, прикладывает пальцы к носу и вновь смотрит на меня. — Что не так?

— Просто отвали. Тебя абсолютно не касается моя жизнь. И да, спасибо, что ты появился на вокзале. И нет, мне это было не нужно.