Читаем Эскорт для предателя полностью

— Извините, но агент СРС — все, чем мы располагаем. У вас есть другие предложения?

— Нет. Но они есть у Артура.

Гарри покачал головой. Опять раскручивается та же карусель. Все вертится и всех тошнит. Ему хотелось ответить директору: «Наймите другого, я ухожу». Но это глупо и недостойно профессионала.

— Я поговорю с Артуром, — сказал он вслух.

У Паппаса был запланирован ланч с главой французской разведки, находящимся с визитом в Вашингтоне. Естественно, они выбрали французский ресторан, «Ше Жерар», небольшое заведение неподалеку от Белого дома. Француз был опрятным и учтивым человеком, который изо всех сил пытался очистить свое ведомство от головорезов и ловкачей, создающих разведке скверную репутацию. По складу ума он был настоящим картезианцем и говорил о проблемах глобальной стратегии с таким изяществом, что Гарри, оперативник, пришедший в разведку из военных советников, мог лишь восхищаться им.

Паппас познакомился с ним в Бейруте, в тот самый год, когда был похищен и убит глава резидентуры ЦРУ в Ливане. Француз тогда возглавлял их резидентуру, что было нелегкой задачей здесь, в стране, где отмывались грязные деньги и Ливана, и Франции. Гарри проникся к нему симпатией, и с тех пор они поддерживали дружеские отношения. Иногда он бывал в гостях у своего коллеги в белоснежных кабинетах на бульваре Мортир, рядом с муниципальным бассейном, из-за которого французская разведка получила свое прозвище «Ля писцин», «Садок». Француз наносил ответные визиты, если оказывался поблизости. Он всегда обращался к Гарри, используя полное имя, и с сильным акцентом. «Гари Пап-пас».

Приятели хорошо провели время, больше болтая, чем обсуждая профессиональные темы. Но ближе к концу француз сказал нечто встревожившее Гарри. «Мы беспокоимся за вас, — признался он. — Боимся, что ЦРУ не справляется с ситуацией. Хотели бы помочь, но не знаем как». Гарри не нашел что ответить.

Когда Паппас пришел к Фоксу, тот царственно восседал у себя в кабинете. Несмотря на августовскую жару, когда другие как минимум распускают галстуки, а то и вовсе снимают их, хозяин кабинета был в костюме с галстуком-бабочкой.

— Тебя вчера не хватало в Белом доме, — укоризненно сказал он. — Там собралось все начальство.

Похоже, Фокс не знал, что Гарри побывал в Лондоне. Хорошо. Значит, директор сдержал слово.

— Извини. Я пообещал дочери, что мы отправимся в поездку. Она соскучилась по мне. Не мог отменить.

Иногда ложь бывает такого рода, когда выдаешь желаемое за действительное.

— У нас возникли идеи, и мы обсудили их в Оперативном центре, — сказал Фокс так, будто решал что-то наедине с президентом.

— Я весь внимание.

— Нам нужны доказательства того, что ваш доктор Али написал в своем письме. И срочно. Программа такова. Мы получаем от него подтверждение факта испытания генератора нейтронов. Выясняем, откуда взялось оборудование. Спрашиваем, как обстоит дело с производством плутония. Если он не может дать нам ответы на эти вопросы, да будет так. Очень жаль. А потом, если те ребята не перепугаются сами, мы поджарим им яйца.

Гарри вздрогнул. Речь Фокса звучала особенно неубедительно, когда он пытался говорить языком уличного хулигана.

— В каком смысле?

— Президент предлагает устроить морскую блокаду Персидского залива, как только у нас будут доказательства. Мы отправимся с ними в ООН. Заявим, что разработка Ираном ядерного оружия неприемлема для мирового сообщества и, согласно Договору о нераспространении, мы будем останавливать суда для досмотра, дабы убедиться в том, что они не перевозят компоненты и материалы, которые могут быть использованы для создания бомбы.

— При всем уважении к президенту и к тебе лично, Артур, это ошибка. Если вы вынесете эту тему на всеобщее обсуждение, нашему информатору крышка. Его убьют прежде, чем мы успеем узнать, чем же иранцы занимаются на самом деле. Ты получишь свое, а что дальше? Там продолжат исследования, и мы не будем ни черта знать о них.

Фокс стиснул зубы, но на его губах заиграла еле заметная улыбка. Скорее, даже ухмылка.

— Не смогут, если мы разбомбим их лаборатории и заводы.

— Иисусе! Артур, нам известно слишком мало, чтобы рекомендовать президенту начинать боевые действия. Очнись! Мы вообще почти ничего не знаем.

— Я не спрашиваю тебя, Гарри, я лишь сообщаю. Это именно то, что хочет президент. Наша работа — не заниматься политикой, а проводить ее в жизнь.

— Наша работа — это наша работа, Артур. Добывать качественную разведывательную информацию. Я надеялся, что за последние пару лет эти люди наконец поняли это.

Он оглядел кабинет Фокса. Вот они, фотографии в серебристых рамках. Фокс рядом с президентом в Кемп-Дэвиде. Фокс с Стюартом Эпплменом на палубе яхты, судя по всему, где-то у Нантакета. Вот откуда у него эта власть. Она обута в «Топ-сайдер» и потягивает джин с тоником. Никакого смысла пытаться противостоять Артуру Фоксу лоб в лоб. Вообще никакого. Гарри сделал глубокий вдох.

— Вернемся к нашим баранам. О бомбах потом.

— Отлично.