Читаем Эскорт полностью

– Они развернули свою дырявую лохань и летят сюда. На «Сервитере». В 14.52 вышли из скачка в радиусе подлета к станции.

Сато заморгал; Дорифор почти услышал шорох его ресниц.

– На «Сервитере»?!. А кто им разрешил?

– Сообщают, что лихтер в аварийном состоянии. Просят принять их на причал. Директор станционного ОТКУ на связи с ними.

Рука забылась; Сато сбросил перевязь и мухой выпорхнул из кабинета. Проклятия теснились в голове, складываясь в замысловатую формулировку. Он застал взъерошенного, опасно звенящего голосом директора в весьма щекотливый момент переговоров.

– У вас на борту плазмоиды; я не могу вас причалить.

– Плазмоидов нет, – отвечал невозмутимый артон.

– Куда же они делись?

– Рассосались.

– Как это?!

– Согласно инструкции. Мы ловили их сачком и зачитывали им инструкцию; они этого не выдержали.

– Капитан Кермак! Мы говорим об аварийной ситуации!! Отвечайте как принято!

– Пожалуйста. Плазмоиды все до единого разрядились на элементы конструкции. Корабль безопасен для станции.

– Дайте мне, – Сато схватил микрофон. – Кермак, с вами говорит комиссар Сато!

– Очень приятно.

– Вы должны были сбросить на Нортию груз согласно завещанию.

– Какое это имеет значение для службы безопасности? – удивление в голосе артона казалось неподдельным.

– Вы сделали это или нет?!

– Я не отвечу, пока не получу от вас исчерпывающих разъяснений, – голос стал мягок, но в его замшевых ножнах пряталась сталь.

– А я не позволю вам причалить, пока не услышу ответ.

– Почему же? Не означает ли это, что груз по завещанию – опасней, чем корабль с плазмоидами?

Сато чуть не вывалил в эфир заготовленную порцию проклятий. Возврат ящика с камнями – снова фэл… или что там еще может устроить конкреция Торна-Зиновича-Рейзера?..

– Итак, вы отказываетесь ответить? Значит, приблизиться к станции вы не имеете права.

– Через шесть часов я буду у причала.

– Нельзя! Я за-пре-ща-ю!!

– Кораблю угрожает авария. Поломки на борту начались меньше чем через час после отлета; БЭМ неисправен – и вы первый констатировали это. Согласно пункту 4-7 параграфа 93 Правил космических сообщений экипаж имеет полное право покинуть судно.

– Установите лихтер в стационарной точке относительно станции и эвакуируйтесь на челноке, – встрял директор ОТКУ.

«О нет!» – мысленно возопил Сато, представив, как челнок взрывается на виду средств оптической телеметрии и осколки летят в станцию, – но Кермак его успокоил:

– Невозможно. У нас нет челнока.

– Как это? – спросил директор.

– Потерян. Подробнее я доложу по прибытии. Но если вы не можете ни принять нас, ни снять с «Сервитера» своим катером, я начинаю радировать SOS на международной частоте… и сообщу спасателям все, что случилось с кораблем.

Не оказать помощи аварийному судну, вынудить его посылать SOS почти у причала, в шести часах лета от станции, – это для главы ОТКУ хуже, чем просто позор. Это отставка, причем со скандалом. Директор затравленно взглянул на Сато, который что-то взвешивал в уме, покусывая нижнюю губу.

– Кермак, – минуту назад кричавший, Сато стал почти вкрадчив, – все проблемы решаемы на нашем уровне. Не спешите с сигналом бедствия. От вас требуется мало – уточнить судьбу груза из отсека 14.

– Что представляет собой груз? – артон давил, и сложно было противостоять его нажиму.

– Фрагменты камня, – Сато стал противен самому себе – он уступал давлению. Уже не проклятия, а месть вызревала в его сознании.

– Точнее, пожалуйста. Что за камень, откуда, его свойства.

– Камень с Арконды. Свойства – особые. Вернее, неопределенные.

– Опасные, вы хотели сказать?

– Возможно. Поэтому сближение корабля со станцией нежелательно. Взамен я надеюсь услышать от вас сведения о наличии в отсеках… неучтенных грузов биологического происхождения. Под запись, внятно и отчетливо. Вы сможете перебраться на станцию на катере. Ну-с?..

– Благодарю за любезность. Мое слово такое: на корабле «Сервитер Бонд» трупов нет. Груз из 014 отправлен в челноке на Нортию.

– Дайте им причал, – сказал Сато директору, выключая связь.

– Комиссар, – скулы директора зажглись румянцем гнева, – вы мне размахивали своей картой допуска, чтобы я подписал лихтер в рейс. Вы уверяли, что ваши парни провели предполетный контроль и что Ллойд установил пригодность судна к рейсу. А там сразу все начало рушиться! Потом плазмоиды! Сломался БЭМ! Я хочу знать, досматривали лихтер в самом деле или нет!!

– Об этом составлен надлежащий документ, – пропел Сато, – и вы его подписали. Если у СК будут сомнения, вам придется их отвергнуть или признать обоснованными. А там как решит СК.

– Я сделал пометку в акте о том, что срочность отправки – по вашему настоянию! Ваш допуск…

– Допуск мой, а ответственность ваша. То есть я рекомендую, а деяния совершаете вы. Я же вам не приказывал, а советовал. И мои ребята – не технари; они только убедились, что лихтер отвечает нормам общей безопасности. Так что готовьтесь изучать те недостатки корабля, которые вы не отметили впопыхах.

– Комиссар!!.

– Извините, у меня дела. Я должен вас покинуть.

В дверях Сато оглянулся – не лопнул ли директор ОТКУ от кипучей ярости? Еще нет.