Читаем Эскорт полностью

Артоны получали почтой всякие рассылки – об услугах медтехников, о новых питательных растворах, о целебных добавках, продлевающих жизнь мозга, заключенного в кибертеле. С недавних пор артонам, занятым на транспортно-космических работах, стали приходить вежливые бледно-зеленые листки: «Если Вы знакомы с высоким надпространственным пилотированием, свяжитесь с нами по номеру… Мы предоставляем полное обслуживание, отличные условия труда, весь пакет социальных гарантий, юридическую помощь. Нас не интересует Ваше прошлое – мы обещаем будущее. Даглас-центр». Последние два слова означали, что рассылка предназначена единственному человеку – Фортунату Кермаку. Джомар Мошковиц, создатель и куратор семейства Дагласов, кибернетических пилотов с разумом людей, искал беглеца и сулил ему прощение – только вернись! Права человека, высокий заработок…

…и никаких скитаний со сменой внешности и документов, никаких опасений при виде безопасника вроде Сато.

…и роль машины, мыслящего элемента в корпусе истребителя «флэш» – навсегда. Второй раз удрать не дадут.

Набрать номер. Час-другой на согласование – и рядом с «Сервитером» из радужной вспышки выйдет истребитель. Человеку из семьи Дагласов не нужно ни мягкого кресла, ни удобной каюты – залезаешь в отсек для боеприпасов и – хлоп! – ты видишь Джомара. «Албан, я всегда верил, что ты будешь благоразумен и вернешься…»

«Нет, не облако нашептало. Это я сам себя уговариваю, – неприязненно подумал Форт. – Легкий выход из проблемы. Нет, Джомар, не получится. Эш и Далан в ракетную ячейку не улягутся – то есть живыми из нее не встанут. А я – капитан, ты понял?»

Соблазн простого решения отступил.

– У меня сложности с заправкой челнока, – доложила Эш. – Выясняю причину.

– Капитан Кермак, вас вызывает «Скайленд-4», – вторгся хорошо поставленный голос диспетчера прямой связи. – Поговорите с комиссаром Сато.

«Проняло! – Форт подавил усмешку. – Ну-ну, потолкуй со мной, детка».

Лишь расстояние уберегло Форта от того, чтобы Сато вцепился в него разъяренным котом – прямо в глаза когтями.

– Кермак, что вы себе позволяете!? – экран едва не хрустнул от нескрываемой ярости беловолосого. – Какие еще трупы на борту, с чего вы взяли?! Вы отдаете себе отчет в том, что передаете по связи?!!

– Здравствуйте, комиссар, – как можно бесцветней ответил Форт.

– Пожелайте это себе – вам много здоровья понадобится, когда будете отвечать перед ситуационной комиссией! Немедленно отчитайтесь, по какой причине вы отправили свое бессмысленное и беспочвенное сообщение!

«А можно и медленно, – подумал Форт, – сейчас за связь платишь ты».

– Отвечаю. Мы по внутреннему каналу установили контакт с человеком, находящимся в одном из грузовых отсеков. Обмен сообщениями с ним документирован. В доказательство мы можем привести то, что сохраняет самописец; как положено, мы снимем «черный ящик» и доставим на «Скайленд».

Форту ужасно не хотелось выступать свидетелем по делу Кэна Мерфанда и объясняться в СК о необычных явлениях на корабле, но иного варианта не предвиделось, и надо было проделать это с наибольшей пользой для себя.

– У вас не могло быть и не было никаких контактов, – смело отверг очевидное Сато, – поскольку в отсеках нет ни живых людей, ни мертвых.

– Вот как? А пассажир с багажом?

– Этот не в счет.

– То есть вы подтверждаете, что трупы на борту есть?

– Не трупы, а труп! Один, согласно завещанию, и больше ни-че-го!

– У нас нет в этом полной уверенности. Контакт документирован самописцем. Это вполне внятные, осмысленные сообщения. Значит, на корабле минимум двое, кроме экипажа, – мертвый и живой. Согласитесь, что мертвых может быть и больше, чем один. Их число трудно установить, поскольку мы заняты авральными мероприятиями и не можем отвлекаться на осмотр отсеков. Ситуация на станции не исключает того, что часть трупов…

– Ваши дурацкие подозрения ничем не обоснованы, – жестко напирал Сато. – Одни выдумки! То, что вы настаиваете, заставляет усомниться в том, что вы психически здоровы…

– Меня допустили к полету.

– …У вас галлюцинации!

«Были, – согласился Форт, – но совсем не те, о каких ты думаешь».

– …и я зря трачу время, говоря с вами. Умалишенные не критичны к своему состоянию; вся ваша настойчивость – продукт бредового сознания.

– И все аварии мне померещились? И тем, кто устранял их, – тоже?

– Во всяком случае, вы не могли вести переговоры с кем-то на борту, поскольку никого нет, кроме вас троих. Все ваши домыслы – фикция. Ноль! Сейчас же составьте письмо с опровержением предыдущего. Трупов НЕТ. Вы их НЕ ВИДЕЛИ.

– «Не видели» не означает «нет». Майлер БЭМа поддерживает связь с кем-то, находящимся в одном из…

– БЭМ неисправен! У него программный сбой!

– Спасибо за подсказку.

Сато готов был откусить себе язык, но слова вылетели – не вернешь.