Читаем Эскимо с Хоккайдо полностью

— Ёси умер, — напомнил он. — И нам нужно условиться что мы будем говорить потому что тут нечисто и полиция скоро придет с вопросами, ты уж мне поверь, они захотят знать что я хочу знать а что я хочу знать я хочу знать какого черта случилось в ту ночь и я знаю что ты это знаешь.

У меня голова пошла кругом.

— Я? — надулась Ольга. — Это не я продавать ему наркотики!

— Слышь-слышь-слышь! — он уже почти заикался. — Не надо никого винить не важно кто кому что продавал ты сердишься это вполне естественно ты сердишься ты же огорчена потому что он умер и, ты уж мне поверь, мы все огорчены я любил его я любил его как родного как будто он мой родной младший братик как будто он…

— Ты и младшему брату дать героин?

— Ладно давай поговорим как оно есть как есть твой дружок обожал наркотик обожал наркотик он знал что это опасно если б не я кто-нибудь другой продал ему дерьмо дерьмо похуже моего, ты уж мне поверь, Ольга ему повезло он имел дело со мной я всегда заботился о нем как будто о брате.

— Ты оставить его в гостиница. Одного.

— Ольга-Ольга-Ольга. Ольга, послушай меня. Ёси сказал он обещал он слово дал что не станет ширяться пока я не приеду и не привезу тебя и вот об этом-то я хотел спросить твою мать так что заткнись и дай мне сообразить про что я хотел спросить-то!

Ольга только зыркнула на него. Санта закинул в рот еще одну резинку с запахом муската, провел рукой по маслянистым волосам, приглаживая их изо всех сил, — еще одна навязчивая привычка. Глаза его были краснее костюма, так выпучились, словно пытались убежать с бледного, одутловатого лица. Това, тот, в синем, заприметил на полу мой журнал, подобрал его и начал листать.

— Вот что я хочу знать, — решился наконец Санта. — Я хочу знать звонил ли тебе Ёси потом в тот вечер?

— Зачем тебе?

— Я тебя спрашиваю спрашиваю спрашиваю звонил тебе Ёси?

— Нет.

— Нет. Ты говоришь «нет». Нет, он точно не звонил тебе точно после того как уехал из клуба?

Ольга закатила глаза.

— Слышь-ты слышь-ты слышь ничего не понимаю нафиг! — забормотал Санта.

— Чего ты не понимать нафиг?

— Послушай. Ты послушай может ты скажешь мне что это значит я не понимаю, что это значит. Смотри в какой гостинице нашли Ёси? В Саня?

— В лав-отель «Челси».

— Точно-точно-точно. Но оставил-то я его не там. Я его отвез в отель «Шарм» а не в лав-отель «Челси» это же другой район совсем не близко вот я и думаю если б он надумал поехать в другой отель в Саня, в Саня на хрен подумать только он бы позвонил тебе и предупредил вот я и спрашиваю еще раз Ёси тебе звонил или нет?

— Я уже сказать.

Санта фыркнул, склонил голову и закрыл глаза.

— Это невозможно! — шептал он. — Невозможно невозможно невозможно.

— Почему невозможно поехать в другой отель?

От этого вопроса Санта просто отмахнулся. Ему и своих хватало. Он описал круг по тесной гримерной, словно заключенный в ожидании звонка губернатора, а уж «Гуми 100» жевал с такой энергией — хватило бы на освещение Токийской телебашни. Това продолжал равнодушно листать журнал. Я прикидывал, сколько еще вытерплю в шкафу. Ноги онемели, от наброшенных сверху в маскировочных целях трусиков, бюстгальтеров и прочей эротической мишуры, не говоря уж о резиновых поясах, исходил такой крепкий аромат пота и дешевых духов, что мне поплохело. Бывало и хуже: помнится, как-то раз мне довелось провести ночь в амбаре, набитом сушеными тигриными пенисами — это когда я писал о черном рынке приворотных зелий в Тайване. Потом от меня еще с месяц воняло, да и распалился я не на шутку. Похоже, действие тигриного прибора — не просто азиатское суеверие.

— В ту ночь, — вновь завел Санта, — в ту ночь когда это случилось он тебе что-нибудь говорил о «Сэппуку Рекордз»? Упоминал что-то странное не знаю говорил как идут дела с новым альбомом вообще что-нибудь про «Сэппуку Рекорда»?

— Про новый альбом.

— Нуда, — настаивал Санта. — Ты знаешь я знаю он только что закончил демо-записи для нового альбома и я хотел знать может быть он говорил что-то как подвигается запись нравится ли ему что получилось какие песни удачнее вышли хиты или там…

— Хиты! — повторила Ольга, и голос ее взмыл на октаву выше.

— Вот именно, — подхватил толстяк, — потому что понимаешь я не понимаю что же стряслось в ту ночь и я хотел спросить, может…

Ему достаточно было взглянуть на Ольгино лицо, чтобы остановиться с разгона.

— Извини! — захлебнулся он. — Ты права сейчас не время и не место иногда я думаю не поговорив то есть говорю не подумав я просто мы все так потрясены совершенно потрясены так что давай забудем этот разговор как будто его не было.

— Ладно, — сказала Ольга. — Теперь уходи. Уходи!

— Хорошо, — сказал Санта. — Я ухожу ты тоже со мной потому что там кто-то пришел пришел кто-то слышь-ты слышь-ты слышь я же забыл совсем пришел человек поговорить с тобой ждет там в машине я совсем забыл про него ну что же это такое?!

Ольга покачала головой.