Читаем Еще один шанс любить полностью

— Злюка, — улыбаясь, сказал Гоша. — Как ты сейчас себя чувствуешь? — с участием спросил он.

— Лучше, получила эмоциональную разрядку, поплакав, — подымаясь, ответила я.

— Отлично, а то не выплаканная обида, разрушила бы тебя изнутри, — серьёзно сказал Гоша.

Устроившись на кровати, я заметила огромное мокрое пятно на мятном пуловере Гоши и гору смятых бумажных салфеток.

— Вот это дамбу прорвало, — решила пошутить я.

— Мне надо было водолазный костюм надевать или дождевик. И как в тебе столько воды поместилось? — уже веселее отозвался он.

— И кто из нас ещё злюка, — смеясь, я хлопнула Гошу по плечу. — Знаешь, мне кажется, хорошим девочкам, у которых нет старших братьев, Господь дает таких верных друзей как ты для защиты и понимания, — задумчиво сказала я.

— А таким плохим мальчикам как я Господь дает такую зануду как ты, в наказание, — прокомментировал Гошка, смотря на часы. — Слушай уже без десяти четыре, поесть бы чего-нибудь. Давай я сгоняю в ресторан за вкусненьким?

— Не надо, Саша принес еду из моего любимого ресторана, там в пакете. Можешь посмотреть, что там?

— Конечно, — Гоша обулся и подошел к столу. — Как восхитительно пахнет. Здесь лазанья, мясо под сыром с пюре и свежими овощами, торт «Наполеон», фрукты и подтаявшее мороженное, но оно в пластиковой упаковке и один набор пластиковых приборов. Ты что будешь?

— Я буду лазанью.

— Тогда я мясо, — сказал Гоша, неся коробочки с едой. — Держи вилку, а я буду ложкой и ножом. Саша явно не рассчитывал на то, что я буду кушать еду, которую он принес. Узнает, проклянёт, — хихикнул Гошка.

— Не бойся, я твой оберег, ешь с удовольствием, — успокоила я.

Гошка протянул мне лазанью, а сам устроился рядом со мной и начал уплетать мясо с пюре за обе щеки. После этого мы съели напополам торт с соком и принялись за мороженое. Так как ложка была одна Гоша кормил нас мороженым по очереди, ложка мне, ложка ему.

В этот самый момент в палату постучали, и в двери показалась медсестра Аня:

— Рита, у Вас всё в порядке? А то Вы пропустили обед, — спросила она.

— Спасибо за беспокойство, меня как раз кормят, — улыбаясь, покосилась я на Гошу, державшего ложку у моего рта.

— И хочу Вас уверить наш обед намного аппетитней, чем в Вашей столовой, уж вы меня простите за правду, — вмешался Гоша.

— Вы правы, нет ничего лучше домашней еды, — смущенно ответила Аня ему. — В восемь я зайду сделать укол, отдыхайте, — и Аня испарилась.

— Ты в больнице провел целый день. Тебе сегодня никуда не надо ехать или ты всё отменил? — заинтересовано спросила я, переводя взгляд с двери на Гошу.

— Для тебя я абсолютно свободен, — заверил он улыбаясь. — Сегодня я хотел отоспаться, что и сделал на этой чудесной кровати. Тем более что ко сну прилагался такой замечательный обед.

— Спасибо тебе за всё, — сказала я, поцеловав Гошу в щёку.

И тут ребёнок дал о себе знать, я опять побежала в душ.

— Обед был вкусным, но задержался в организме не долго, — констатировала факт, выходя из душа.

— Выпей воды и ложись, слишком много для тебя и ребёнка потрясений за эти два дня, — сказал Гоша, протягивая мне стакан с водой.

— Это точно, — сделала я несколько глотков воды и легла, а Гоша сел рядом. — Скажешь на работе, что я лежу на обследовании, не упоминая беременность. Я Барбариске всё скажу сама.

— Могла и не предупреждать, — Гоша закатил глаза с ухмылкой.

— И моих проконтролируй: на этой неделе презентация основного ассортимента, в новом торговом центре, Андрей должен контролировать её прохождение в центре целый день, по окончании письменный отчет мне на стол; из головного офиса придут образцы новой продукции, надо двумя отделами подумать о представлении её в лучшем виде, предложить промо акцию старым проверенным клиентам; скажи Люсе, чтобы она додавила Кондрашова по ассортименту, пускай берет всё и не выделывается, с его то скидкой. Что ещё…, — задумалась я.

— Ну, всё, включила королеву Марго, — иронично констатировал Гоша. — Всё будет выполнено в лучшем виде, а самое главное, я всех предупрежу, что бы тебя ни беспокоили звонками и посещениями. А ты за неделю приведи мысли в порядок.

— Постараюсь. Мне надо решить, где жить: с Саней я не могу; у родителей не хочу, их жизнь налажена и беременная блудная дочь создаст им кучу неудобств, хотя они будут уверять, что это не так; может, сниму квартиру, — размышляла я вслух.

— Живи у меня, — предложил Гоша. — Я серьёзно, у меня места много, не ты не малыш мешать не будете.

— За это я тебя и люблю, — погладила я его руку. — Я подумаю.

Мы ещё часа два о чём-то говорили, пока не пришла Аня делать укол. Я решила отпустить Гошу домой, он итак провёл весь день со мной. Немного посопротивлявшись, он ушел, его Аня убедила, что мне пора отдыхать. Оставшись одна, я почувствовала усталость и быстро провалилась в сон.

Воскресный день прошел, так же как и последующие дни, проведенные в больнице: токсикоз, душ, завтрак, обход врача, процедуры, обед, сон, ужин, укол, сон.