Читаем Еще один человек полностью

Русский народ в числе явленных представителей и наблюдателей вновь выразил солидарность совместно со скорбью о нехватке времени, дабы каждый мог засвидетельствовать свое почтение к Большим Людям. Наблюдателей, впрочем, забыли спросить, но выразить несолидарность никто из них не решился.

Вопреки ожиданиям, под полой у Важного Человека оказался не пистолет, на что хотелось надеяться, но суперкрутой телефон. Очевидно, собирался позвонить Сильным Людям и решить проблему. По привычке, надо полагать. Телефон был старательно перепрофилирован амбалом в спортивный снаряд типа «мяч футбольный». Очевидно, данную функцию софт не поддерживал, и телефон вышел из строя насовсем.

За это время подтянулось несколько упырей – их дружно расстреляли, причем Даша убедилась, что выданные ей ормаговцами патроны с мелкой дробью, «спортивные» – совсем неплохи на малой дальности. Также произвела впечатление какая-то новомодная «сайга», напоминавшая обожравшийся стероидов «калашников» – несмотря на приличные габариты и, наверное, вес, ее восьмизарядные магазины с картечью и надежность со скорострельностью делали ее грозным огневым средством. Паренек из «газели» выбрался наружу и попросился: «…с вами идти, а то, похоже, пипец пришел». Старшой кивнул – и после краткого опроса о службе в армии и знании оружия прихваченная пареньком из машины монтировка отправилась за пояс, уступив место короткой двустволке, выданной уже без всяких расписок. Похоже, действительно пришел… ну тот самый. Ни о каких инструкциях и приказах старшой уже не вспоминал.

Почти у самого «Петровского Форта» Даша заметила суету в машине, стоявшей во втором ряду пробки. Там ехала семья – родители и две девочки младшешкольного возраста. Мать, сидевшая на переднем пассажирском, безвольно обвисла на ремнях. Отец суетился, девочки плакали. Даша почувствовала комок в горле. В этот момент женщина в авто стала медленно поднимать голову. Мужчина облегченно откинулся, решив, что жена пришла в себя, но тут же отшатнулся, встретившись с ней взглядом, отжался, как мог, к двери, нашаривая ручку. Даже из закрытой машины Даша услышала его и детские крики. Ожившая женщина, бывшая матерью и женой, а теперь ставшая голодным упырем, тянулась руками, одна из которых была забинтована, к водителю. Тот попытался открыть дверь, но пробка не позволяла, лишь через щелку стали громче слышны крики о помощи. Даша не думая рванула туда, вскочила на капот, поморщившись от резкой боли в суставе. (Вот, блин, это ж надо! Похоже, потянула.) Выдернув из-под рюкзака топор, принялась выносить лобовое стекло. Вскоре ей это удалось, и она крикнула внутрь мужчине:

– Вылезай! Скорее!

Повторять не пришлось: отстегнув ремень, тот полез на капот. Упырь пытался схватить его, однако его сковывал ремень безопасности. Сунув в руку мужчине топор, Даша указала ему на заднее стекло:

– Детей доставайте!

Тот схватил инструмент и, оглядываясь на ощерившегося упыря, полез на крышу. Вскоре дети, а заодно и пара больших сумок, были извлечены, а Даша, выразительно качнув в руке ружье, попросила мужчину увести детей, что тот и сделал, машинально кивнув…

В «Петровском Форте» разместились в ближайшем к Сампсониевскому мосту корпусе, в немаленьком конференц-зале. Нескольких упырей легко зачистили. Электроснабжения не было – очевидно, что-то случилось с электрикой, но бродить в поисках щита по комплексу, где заметили множество упырей, не стали. Наоборот, постарались забаррикадироваться, как могли, – впрочем, уже стало ясно, что упыри, теряя из виду потенциальную добычу, обычно прекращают преследование. И у них есть определенная «зона захвата», дальше которой двигаться мимо можно относительно безопасно.

Правда, это касалось обычных, тупых и медленных упырей: шустрые, и тем более «фашисты», наверняка представляли бо́льшую опасность – вот от них и пригодятся баррикады, если что.

Подтянулся еще народ – несколько охотников, очевидно из друзей ормаговских ребят, пара военных, причем один сумел притащить с собой большой, характерного вида зеленый ящик, прибились несколько перепуганных семей из стоявших в пробке машин – в основном видевшие случившееся с мужчиной и девочками. Образовался эдакий лагерь; на лестнице из курительной урны сделали эрзац-печку, варварски разломали мебель и стали готовить пожрать – многие с утра ничего не ели, а переживаний было много. Даша старалась по максимуму участвовать, чтобы избежать отката. Многие же из тех, кто прибился, этого не избежал: слышались истеричные женские вскрики, пару раз мужики начинали ругаться. Но потом постепенно стала появляться готовая пища, которой под жестким контролем одного из военных, бесцеремонно утихомиривавшего недовольных, в первую очередь накормили детей, потом женщин. Мужики терпели, но вскоре и им досталось. Даша, как вооруженный боец, решительно отказалась есть раньше мужчин, чем заслужила одобрение военного.