Читаем Эркюль Пуаро полностью

– Все выглядело очень таинственно, – отозвалась Джулия Карстерс. – Толком никто ничего не знал. Слухи ходили самые разные.

– А что определили на дознании? Полагаю, дознание состоялось?

– Да, конечно. Полиция должна была провести расследование. Но они не смогли прийти к определенному выводу. Возможно, генерал Рейвенскрофт застрелил жену, а потом себя, но также возможно, что она застрелила мужа и покончила с собой. Наиболее вероятным казалось самоубийство по уговору, но как оно произошло, никто не мог определить.

– А вопрос о преступлении не поднимался?

– Нет, нет. На этот счет не делали никаких предположений. Я имею в виду, рядом с ними не было ни следов ног, ни других признаков постороннего вмешательства. Они отправились на прогулку после чая, как часто делали, но не вернулись к обеду, поэтому слуга или садовник пошел их искать и обнаружил мертвыми. Рядом лежал револьвер.

– Револьвер принадлежал генералу, верно?

– Да. У него в доме было два револьвера. Отставные военные часто хранят у себя оружие – с ним они чувствуют себя в большей безопасности. Второй револьвер нашли в ящике стола. Очевидно, первый генерал взял с собой, уходя из дому. Не думаю, что Молли могла отправиться на прогулку с револьвером.

– Да, ей это было бы трудновато.

– С другой стороны, не было никаких свидетельств о ссорах между супругами или других неприятностях, которые могли бы стать причиной самоубийства. Конечно, никто не знает, какие несчастья кроются в чужих жизнях.

– Это истинная правда, Джулия, – вздохнула миссис Оливер. – А у вас были какие-нибудь предположения?

– Ну, я подумала, что генерал, возможно, был чем-то болен. Может быть, ему сказали, что он скоро умрет от рака. Но медицинское обследование этого не подтвердило. Правда, у него была... как это называется, похоже на корону... коронарная недостаточность. Я имею в виду сердечный приступ, но вроде бы он уже поправился, а жена была просто нервной.

– Да, кажется, припоминаю, – кивнула миссис Оливер. – Конечно, я не так уж хорошо их знала, но... Когда их нашли, на ней был парик? – внезапно спросила она.

– Право, не помню. Молли всегда носила какой-то из своих париков.

– Просто мне кажется, – заметила миссис Оливер, – что едва ли вы станете надевать парик, если собираетесь застрелиться или застрелить своего мужа.

Обе леди с интересом обсудили этот момент.

– Так что же вы все-таки об этом думаете, Джулия?

– Ну, я вам говорила, дорогая, что ходили разные слухи...

– О нем или о ней?

– Говорили, что была какая-то молодая женщина, выполнявшая для генерала секретарскую работу. Он трудился над мемуарами о своей службе за границей, кажется, по заказу издателя, а она писала под его диктовку. Но люди болтали... знаете, что говорят в таких случаях... что у него была с ней связь. Правда, она была не так уж молода – ей было за тридцать, – не очень красива и вроде бы не замешана ни в каких скандалах, но кто знает... Некоторые думали, что генерал мог застрелить жену, потому что хотел жениться на той женщине, но я никогда этому не верила.

– А чему же вы верили?

– Ну, болтали кое-что и о Молли.

– В связи с каким-то мужчиной?

– Я слышала, что вроде бы в Малайе она познакомилась с каким-то человеком моложе ее, мужу это не понравилось, и произошел скандал. Но это было давно и едва ли могло иметь какие-то последствия.

– А не было разговоров о происходящем близко от дома? О связях с кем-то из соседей?

– Не думаю. Конечно, тогда все читали в газетах о происшедшем и обсуждали это, чувствуя, что тут не обошлось... ну, без какой-то трагической любовной истории.

– У Рейвенскрофтов ведь были дети? Их дочь – моя крестница.

– Сын был младше ее. Тогда он, по-моему, находился в школе. Да и девочке было только двенадцать или чуть больше. Она жила в какой-то семье в Швейцарии.

– А в семействе Рейвенскрофтов не было неприятностей, связанных с психикой?

– Вы имеете в виду мальчика? Да, с ними иногда происходят странные вещи. Несколько лет назад где-то неподалеку от Ньюкасла мальчик застрелил своего отца. Вроде бы у него была депрессия, и в университете он пытался повеситься. Никто так и не понял, в чем дело. Но у Рейвенскрофтов вроде бы ничего такого не было. Да, я в этом уверена. А вот что касается...

– Да, Джулия?

– Что касается другого мужчины...

– Вы хотите сказать, что Молли...

– Ну, это представляется весьма вероятным. Возьмите хотя бы парики.

– Не понимаю, при чем тут парики.

– Ну, стремление улучшить свою внешность.

– Кажется, ей было тридцать пять?

– По-моему, даже тридцать шесть. Молли показывала мне свои парики – один или два делали ее весьма привлекательной. К тому же она щедро пользовалась макияжем. Думаю, все это началось, когда они поселились там. Она вообще была недурна собой.

– По-вашему, она могла познакомиться с каким-то мужчиной?