Читаем Эркюль Пуаро полностью

Она прошла в гостиную, открыла верхнюю из лежащих на диване адресных книжек, которые просматривала вчера вечером, и переписала оттуда несколько адресов.

– С чего-то надо начать, – промолвила миссис Оливер. – Думаю, если Джулия не рехнулась окончательно, можно начать с нее. У нее всегда было полно идей, а кроме того, она знает местность, так как жила поблизости. Да, пожалуй, начнем с Джулии.

– Вам нужно подписать четыре письма, – сказала мисс Ливингстон.

– Сейчас меня нельзя беспокоить, – ответила миссис Оливер. – Я не могу терять ни минуты, так как должна ехать в Хэмптон-Корт, а это довольно далеко.

• • •

Достопочтенная Джулия Карстерс, поднявшись с кресла с усилием, естественным для возраста свыше семидесяти лет, тем более после долгого отдыха, всматривалась в лицо посетительницы, о которой только что доложила преданная служанка, делившая с ней апартаменты в пансионате для привилегированных особ. Будучи глуховатой, миссис Карстерс плохо разобрала фамилию. Миссис Гулливер? Она не помнит никакую миссис Гулливер. Миссис Карстерс шагнула вперед, испытывая неприятное ощущение дрожи в коленях.

– Едва ли вы помните меня – мы не виделись много лет.

Подобно многим пожилым людям, миссис Карстерс запоминала голоса лучше, чем лица.

– Боже мой! – воскликнула она. – Да ведь это Ариадна! Дорогая моя, как же я рада вас видеть!

Последовал обмен приветствиями.

– Я случайно оказалась поблизости, – объяснила миссис Оливер. – Должна была повидать кое-кого, живущего неподалеку, и вспомнила, как вчера вечером увидела в адресной книге, что вы проживаете совсем рядом. Прекрасная квартира, не так ли? – добавила она, оглядываясь вокруг.

– Неплохая, – согласилась миссис Карстерс. – Не все так хорошо, как написано в проспекте, но есть свои преимущества. Можно привозить свою мебель, готовить еду или ходить в столовую. К тому же территория очень хороша. Садитесь, Ариадна. Вы прекрасно выглядите. Я читала в газете, что вы были на литературном завтраке. Как странно прочитать о ком-то в газете, а на следующий день видеть его самого!

– Знаю, – кивнула миссис Оливер, опускаясь на предложенный стул. – Но такое случается.

– Вы все еще живете в Лондоне?

Миссис Оливер ответила утвердительно и начала приступать к цели своего визита, припоминая первую фигуру лансье в танцклассе в детские годы. Шаг вперед, шаг назад, руки в стороны, двойной поворот и так далее.

Она спросила о старшей дочери и двух внуках миссис Карстерс, о том, чем занимается младшая дочь, которая как будто уехала в Новую Зеландию. Миссис Карстерс казалась не слишком в этом уверенной. Чтобы избежать затруднений, она нажала кнопку на подлокотнике кресла и велела Эмме принести чаю. Миссис Оливер попросила ее не беспокоиться, но Джулия Карстерс твердо заявила:

– Нет, нет, Ариадна, вы должны выпить чаю.

Беседа продолжалась. Вторая и третья фигуры лансье... Старые друзья, живые и покойные... Их дети...

– Как же давно мы виделись в последний раз, – сказала миссис Карстерс.

– По-моему, это было на свадьбе Ллевеллинов, – отозвалась миссис Оливер.

– Да, должно быть. Мойра выглядела просто ужасно в качестве подружки невесты. Этот жуткий абрикосовый оттенок...

– Да, да, он очень ей не подходил.

– Не думаю, что теперешние свадьбы так хороши, как были в наши дни. Люди так странно одеваются. Одна моя подруга недавно была на свадьбе и рассказывала, что на женихе был костюм из белого атласа с воротником из валенсийского кружева, а на невесте – белый брючный костюм, украшенный зелеными трилистниками. Представляете такое в церкви, Ариадна? На месте священника я бы отказалась их венчать.

Подали чай, и беседа потекла далее.

– На днях я видела мою крестницу, Селию Рейвенскрофт, – сказала миссис Оливер. – Помните Рейвенскрофтов? Правда, это было очень много лет назад.

– Рейвенскрофты? Погодите минуту. С ними произошла какая-то трагедия, не так ли? Кажется, двойное самоубийство возле их дома – он назывался «Оверклифф».

– У вас чудесная память, Джулия, – заметила миссис Оливер.

– Всегда была такой. Хотя иногда я испытываю затруднения с именами. Да, ужасная трагедия. Одна из моих кузин хорошо их знала в Малайе. Генерал Рейвенскрофт сделал превосходную карьеру. Конечно, уходя в отставку, он был уже глуховат, да и раньше, говорят, плохо слышал.

– Вы хорошо их помните?

– Да, конечно. Они прожили в «Оверклиффе» пять или шесть лет.

– Я забыла имя жены генерала, – пожаловалась миссис Оливер.

– По-моему, Маргарет. Но ее все называли Молли. В то время это было распространенным сокращением от Маргарет. Помните, она носила парик?

– Что-то смутно припоминаю.

– По-моему, она даже уговаривала меня обзавестись париком. Говорила, что он очень удобен для путешествий и поездок за границу. У нее было четыре разных парика. Один для вечера, один для путешествий, один – который можно носить под шляпой...

– Я не так хорошо, как вы, знала Рейвенскрофтов, – сказала миссис Оливер. – А во время трагедии я ездила с лекциями в Америку, так что не слышала никаких подробностей.