Читаем Эреб полностью

Ник рванул на кухню. Обыскав все шкафы, он наконец нашел бумажные полотенца и помчался назад. Эмили за это время попыталась промокнуть чай с помощью бумажных носовых платков, чтобы тот хотя бы не капал на пол.

— Как дела у Гемеры? — спросил Ник, лихорадочно вытирая лужу.

— У нее одна рана на животе и одна на ноге. Этот визг в наушниках почти невозможно выносить, — Эмили повалилась на вторую по степени уродства кушетку и зевнула. — Мне срочно нужен кофе, но у Виктора дома его нет. А еще сегодня надо выполнить задание, хорошо хоть не особо сложное. Правда, нечто такое, что я вообще не люблю делать. — Она снова зевнула.

— Давай схожу в «Старбакс» и принесу тебе кофе, — предложил Ник.

— Это же далеко, — заметила Эмили и на одном дыхании добавила: — Я пойду с тобой. Мне все равно нужно подышать свежим воздухом. А еще нужен телефон.

— Для задания?

Она кивнула:

— Любая телефонная будка. Ну, по крайней мере, не придется тащиться через весь Лондон.

Осторожности ради Ник уже выглядывал из окна и не обнаружил в темноте ничего подозрительного; но теперь, у двери дома, он на всякий случай еще раз внимательно осмотрелся.

— Если нас тут кто-нибудь караулит, то прячется он просто блестяще.

Они прошли вдоль Кроумер-стрит и свернули на Грейс-Инн-роуд, почти пустынную в это время суток. Каждый раз, когда навстречу попадалась компания молодых людей, Эмили отворачивалась. Какое-то неприятное чувство гнало их обоих вперед.

Они добрались до вокзала Кингс-Кросс; вот уже показались телефонные будки, но девушка, не дойдя до них, вдруг остановилась.

— Я не могу это сделать, — нетвердо прошептала Эмили.

— Сделать что?

— Позвонить и угрожать по телефону. — Она умоляюще смотрела на Ника, словно надеясь, что тот найдет выход из создавшегося положения. — И ведь даже просто позвонить и наговорить кучу милых пустяков не выйдет, потому что я получила четко прописанный текст.

— Да уж, неприятно, — сказал Ник, сознавая, как убого звучат его слова. — Но попробуй представить, что ты делаешь это в исследовательских целях. Не просто чтобы выполнить задание, но для того, чтобы мы вышли на след Эреба.

— Вот только мой собеседник этого не знает, — пробормотала Эмили.

— Подумай о Викторе и его цитате из Конфуция.

— К сожалению, это послание писал точно не Конфуций, — она со свирепым видом направилась к ближайшему телефону. — Ладно, я справлюсь. — Девушка достала из сумочки мелочь, айпод и листок бумаги.

— А айпод зачем?

— Нужно записать разговор, а потом загрузить его. Чтобы было видно, что я не до конца провалила задание.

Ник смотрел, как она, скорчив отчаянную гримасу, набирает номер, как включает айпод и вслушивается в звуки на том конце провода. С первым длинным гудком Эмили закрыла глаза. Он услышал, как в трубке кто-то ответил.

— Ничего не кончено, — проговорила Эмили замогильным голосом. — Вам не обрести покой. Он ничего не забыл. Он ничего не простил. Вам не выйти сухим из воды.

— Кто это? — донеслось до Ника с другого конца провода. Какой-то мужчина кричал в трубку: — Я на вас всех натравлю полицию, проклятые бандиты!

Больше ничего не было слышно, кроме тихого «Проклятье» и коротких гудков. Эмили дрожащей рукой повесила трубку.

— Кажется, мне плохо, — сухо заметила она. — Поганая дрянь! Я никогда больше так не поступлю. А теперь кофе.

Они нашли спокойный уголок в «Старбаксе» на Пентонвиль-роуд. Эмили заказала двойной капучино с добавлением эспрессо. Ник, безмерно счастливый оттого, что она его пригласила, повторил заказ, взяв еще два шоколадных маффина.

— Откуда ты знаешь Виктора? — спросил он, когда Эмили съела половину своего маффина и теперь дула на их чашки, поскольку кофе все еще был обжигающе горячим.

— Он был другом Джека, — она рассеянно улыбнулась. — Виктор, правда, говорит, что он — по-прежнему друг Джека, и их дружбе нисколько не вредит то, что Джек чуть-чуть утонул.

Ник положил свою ладонь на ладонь Эмили, даже не успев подумать, что делает. Но девушка не отняла руку, наоборот, сплела свои пальцы с его.

— Виктор очень мне помог. Относился ко мне как к младшей сестре.

— Он просто замечательный, — от чистого сердца сказал Ник, но больше ничего не добавил; ему казалось, что он оторвался от земли и теперь парит в небесах, все выше и выше. Чтобы скрыть смущение, Ник взялся за кофе, который как раз остыл до подходящей температуры.

— Кейт на нас рассердится, — наконец заметил он. — Мы тут желудок маффинами набиваем, а она там пиццу печет.

— Я вполне могу есть маффины и пиццу друг за дружкой, — отозвалась Эмили. — Виктор, впрочем, тоже, так что никаких проблем. Но нам действительно надо возвращаться. Во-первых, в такое время этот район не внушает мне доверия, а во-вторых, я хочу забить в Google телефонный номер моего вынужденного собеседника.

На улице она взяла Ника за руку, как будто они всегда так ходили. Район и в самом деле не очень-то годился для романтических прогулок, но, если бы все зависело только от Ника, эта прогулка длилась бы всю ночь.

Когда они вернулись в квартиру Виктора, от пиццы мало что осталось.

Кейт развела руками, словно прося извинений.