Читаем Эпоха веры полностью

Амр грамотно управлял Египтом. Часть непосильных налогов пошла на ремонт каналов и дамб, а также на открытие восьмидесятимильного канала между Нилом и Красным морем; теперь корабли могли ходить из Средиземного моря в Индийский океан.6 (В 723 году этот канал снова занесло песком, и он был заброшен). Амр построил новую столицу на месте, где он разбил свой лагерь в 641 году; она называлась Аль-Фустат, очевидно, от арабского «палатка»; это была первая форма Каира. В течение двух столетий (661–868 гг.) мусульманские губернаторы управляли Египтом по поручению халифов из Дамаска или Багдада.

Каждое завоевание создает новую границу, которая, подвергаясь опасности, предполагает дальнейшее завоевание. Чтобы защитить мусульманский Египет от фланговой атаки византийской Киринеи, армия из 40 000 мусульман двинулась через пустыню к Барке, взяла ее и двинулась в окрестности Карфагена. Мусульманский полководец воткнул свое копье в песок примерно в восьмидесяти милях к югу от современного Туниса, разбил лагерь и основал (670 г.) один из главных городов ислама — Каирван — «место отдыха». Понимая, что захват Карфагена даст мусульманам контроль над Средиземноморьем и открытую дорогу в Испанию, греческий император послал войска и флот; берберы, на мгновение забыв о своей ненависти к Риму, присоединились к защите города; и только в 698 году Карфаген был покорен. Вскоре после этого была завоевана Африка до берегов Атлантики. Берберов почти на их собственных условиях убедили принять мусульманское правление и мусульманскую веру. Африка была разделена на три провинции: Египет со столицей в Аль-Фустате, Ифрикию со столицей в Каирване, Магриб (Марокко) со столицей в Фесе.

В течение столетия даже эти провинции признавали восточных халифов своими государями. Но с удалением халифата в Багдад увеличились трудности с коммуникациями и транспортом, и одна за другой африканские провинции стали независимыми королевствами. Династия Идрисидов (789–974) правила в Фесе, династия Аглабидов (800–909) — в Каирване, а династия Тулунидов (869–905) — в Египте. Эта древняя житница, которую больше не лишали своего продукта иноземные хозяева, пережила небольшой ренессанс. Ахмад ибн Тулун (869-84) завоевал Сирию для Египта, построил новую столицу в Катае (пригород Аль-Фустата), способствовал развитию образования и искусства, возвел дворцы, общественные бани, больницу и большую мечеть, которая до сих пор стоит как его памятник. Его сын Хумаравайх (884-95 гг.) преобразовал эту энергию в роскошь, обнес свой дворец золотыми стенами и обложил свой народ налогами, чтобы обеспечить себе бассейн из зыбучего серебра, на котором его ложе из надутых кожаных подушек могло мягко плавать, чтобы он мог уснуть. Через сорок лет после его смерти Тулунидов сменила другая турецкая династия, Икшидиды (935-69). Эти африканские монархии, не имевшие корней в крови или традициях народа, вынуждены были основывать свое правление на военной силе и лидерстве; и когда богатство ослабило их воинственный пыл, их власть растаяла.

Величайшая из африканских династий укрепила свое военное превосходство, связав себя с почти фанатичной религиозной верой. Около 905 года Абу Абдаллах появился в Тунисе, проповедовал исмаилитскую доктрину семи имамов, провозглашал скорое пришествие Махди, или Спасителя, и завоевал такую популярность среди берберов, что смог свергнуть власть Аглабидов в Каирване. Чтобы оправдать вызванные им ожидания, он вызвал из Аравии Обейдаллаха ибн Мухаммада, предполагаемого внука исмаилитского пророка Абдаллаха, назвал его Махди, сделал королем (909) и вскоре был предан смерти по приказу своего короля. Обейдаллах утверждал, что происходит от Фатимы, и дал ее имя своей династии.

При Аглабидах и Фатимидах Северная Африка вновь обрела процветание, которое она знала во времена расцвета Карфагена и императорского Рима. В девятом веке мусульманские завоеватели в молодости открыли три пути длиной от 1500 до 2000 миль через Сахару к озеру Чад и Тимбукту; на севере и западе они основали порты в Боне, Оране, Сеуте и Танжере; развивающаяся торговля связала Судан со Средиземноморьем, а восточный ислам — с Марокко и Испанией. Испанские беженцы-мусульмане принесли в Марокко искусство выделки кожи; Фес процветал как центр обмена с Испанией и прославился своими красителями, духами и цилиндрическими красными шапками без ободка.