Читаем ЭпидОтряд полностью

Фидус едва удержался от того, чтобы пожать плечами и выполнил указание. Найти место для сидения оказалось непросто и, в конце концов, молодой инквизитор освободил один из стульев, положив прямо на клепаный пол связку очень старых бумаг, желтых и ломких от времени. Стул, как и все здесь, включая хозяина комнаты, производил впечатление вещи, сделанной второпях, строго для выполнения конкретной задачи — просто, грубо, функционально, ни капли внимания к внешнему виду и тем более какой-то гармонии.

— Ну что же, — Лазар потер ладони, шурша грубой тканью. — Вот и свиделись. Кстати, я знал твоего отца.

— Многие знали моего отца, — Фидус поджал губы.

— Ершистый парнишка, — улыбнулся тонкими губами Вимпфен, и жеваные провода качнулись по бокам головы в такт движению. — Колючий. Это мне нравится.

Криптман, готовый произнести энергичный спич насчет того как ему надоели сравнения бездарного потомка с великим отцом, закрыл рот и удивленно посмотрел на старого мудреца.

— Внесем ясность, — деловито сообщил Лазар. — Меня обязали расследовать происшедшее в Порту на правах этакого стороннего наблюдателя, который здесь ни к чему не привязан и смотрит на все новым взглядом. Скорее всего не найдет ничего, но может и наоборот. Тебя, соответственно, настоятельно попросили поработать со мной, и ты счел разумным согласиться. Сие показывает, что устойчивая репутация скудоумного эпигона, коей ты устойчиво пользуешься, по крайней мере, в первом приближении неверна.

Фидус плотно сжал губы и уставился на лоснящуюся под лампой макушку инквизитора.

— Ты воспринимаешь меня как епитимью, — продолжил, как ни в чем не бывало, Лазар. — Этакий способ как-то наградить тебя и одновременно убрать из Ордо Еретикус подальше. Во избежание… — Вимпфен неопределенно покрутил пальцами в пустоте. — Того и этого. Верно?

Фидус молча кивнул. Из-за стопки бумаг высотой по грудь Криптману вышел, переваливаясь на коротких лапах, удивительный зверь. Он походил на кошку, но длиной около метра с очень длинными ушами и "бородкой", завязанной в аккуратную косичку. Длинный мех некогда был оранжевого цвета, сейчас же он переливался всеми оттенками уныло-коричневого, отлично маскируя зверя на фоне кабинета. У зверя выпали усы, с одной стороны пасти торчал длинный загнутый клык. Как будто для симметрии кот был еще и одноглаз, причем синий шарик светился отраженным светом на той стороне морды, где отсутствовал клык.

Животное посмотрело на Фидуса, и молодой инквизитор чуть вздрогнул. Криптман слышал о джиринксах, но впервые видел такого. Криптман знал, что эльдарские коты не разумны, однако… взгляд ярко-синего глаза с треугольным зрачком казался очень странным. Не по-звериному внимательным и оценивающим.

— А, вот ты где, Хорус, — Лазар явно обрадовался. — Иди сюда, скотина.

Криптман лишь покачал головой, воздерживаясь от комментариев. Джиринкс, переваливаясь при каждом шаге, добрел до хозяйского стула и полез на колени Лазара, цепляясь крючковатыми когтями. Животное двигалось с трудом, преодолевая не то боль, не то старость плоти, но делая это крайне целеустремленно.

— Да, — весело ответил старый инквизитор на невысказанный вопрос. — Удивительно вредная тварь, так что я назвал его под стать характеру.

Хорус, в конце концов, забрался на колени хозяина, посмотрел на гостя с таким видом, что Фидус почувствовал себя самым ничтожным и презираемым созданием в галактике. Джиринкс зевнул, демонстрируя набор длинных, но прореженных минимум на треть зубов и заерзал, устраиваясь половчее. Свернувшись, эльдарский "психокот" оказался удивительно компактным и удобным для поглаживания. Лазар не преминул начать гладить и чесать наглую скотину за ушами.

— Я к нему привык, — улыбнулся инквизитор. — Гнусное животное, но мы столько повидали вместе… Учти, он мочится в ботинки тем, кого не любит. А не любит Хорус всех, так что береги обувь.

— Откуда он? — спросил Фидус, чувствуя себя глупо, как взрослый на утреннем чтении молитв школьниками "во славу доброго дедушки Императора".

— Подарок эльдарской ведьмы, — пояснил Вимпфен. — У нас был роман, который перерос в совместное расследование. Или наоборот… сложно сказать, все было… сложно. С эльдарами всегда так, удивительная раса, они самые простые вещи превращают в ритуал немыслимой запутанности. Я был молод и… скажем так… неосторожен. Впрочем, надо сказать, получилось хорошо. Во всех смыслах. Согласись, не каждый может сказать, что надавал Хорусу тапком по морде.

— А… — Фидус кивнул.

— Но мы отвлеклись, — деловито сказал Вимпфен, продолжая гладить осквернителя обуви. — Что там было раньше?..

— Епитимья, — подсказал Фидус. — Которой меня подвергли.

— Да, точно.