Читаем Эмиграция (июль 2007) полностью

Вернемся к Краковецкому. Подлинные нити руководства офицерским союзом шли на самый верх, к фрондирующим великим князьям. Формально руководителем организации считался полковник Масловский. В награду за молчание ему дали детский срок и вскоре выпустили на свободу, причем он вернулся на прежнюю должность в Академию Генерального штаба. Основная масса членов ВОС ушла до поры (то есть до часа Икс) в глубокое подполье - в число этих офицеров входил ряженый «под русского» радикальный офицер-поляк Деникин. Что касается Краковецкого, ему как сильно засветившемуся была уготована роль жертвенной пешки. В конце 1907 года он был арестован, обвинен в государственной измене и осужден на восемь лет каторги с последующей ссылкой. Краковецкий честно отсидел до февраля 1917 года, не проронив ни слова, за что получил от Керенского особое вознаграждение. Его особым указом произвели из подпоручиков в подполковники (то есть из 12-го в 7-й классный чин) и открыли зеленую улицу для карьерного роста.

Но знаете, есть хорошая арабская присказка. Одного джинна заперли в бутылку на 500 лет. Первые 50 лет джинн предавался в глубине сосуда светлым мечтам о немыслимых благах, которыми он наградит своего избавителя. А затем пересидевший взаперти джинн 450 лет придумывал казни для чудака, который по глупости откроет бутылку. Соратники Краковецкого делали карьеру, устраивали личную жизнь, жили в свое удовольствие. А молодой офицерик лучшие годы жизни, с 23-х до 32-х, провел на каторге. Поэтому характер у Краковецкого сильно испортился. От революционных убеждений своей молодости он не избавился, но забирать стал сурово, по-взрослому. Краковецкий превратился в КОЗЛА-ПРОВОКАТОРА.

В Сибири наш герой быстро занимает должность сначала заместителя командующего, а зачем командующего Иркутским военным округом (генеральское место), а незадолго до октября 1917 года попадает в Петроград, где активно участвует в очередном военном путче. Путч начался 24-25 октября, но на этой фазе большевики лишь обозначали желание взять власть в свои руки. Реально при нейтралитете основных воинских формирований в городе были две силы: небольшие отряды матросов и наемников, которыми руководил глава большевистского Военно-революционного комитета подполковник Муравьев, и юнкерские училища, подчинявшиеся главе эсеровского Комитета Спасения Родины и Революции полковнику Полковникову (еще раз напомню, что реально речь идет не о полковниках, а о младших офицерах). Краковецкий занимал должность заместителя Полковникова. Сама роль Полковникова в революции достаточно двусмысленна: известно, что накануне большевистского путча он смещен за бездействие, но вряд ли речь идет о прямой измене (да и что такое «измена» в случае правительства Керенского?). Иное дело Краковецкий- уже в это время активный чекист, работающий на большевиков не за страх, а за совесть. (Видите, как у нас все устроилось: ЧК еще нет, а чекисты уже есть.) ВНЕШНЕ хлопотун, Краковецкий пытается арестовать ВРК, поднять восстание юнкеров. А по сути…

Эмигрантский историк А. Еленевский писал в 60-е годы:

«Революционные начальники гарнизонов своими действиями - провокациями - только подводили веривших им юнкеров под напрасные потери и естественные репрессии большевиков-победителей; в Петрограде ли - Полковников, в Москве ли- Рябцев, в Иркутске ли - Краковецкий поступали совершенно одинаково: начав бой с большевиками, затем заключали с ними перемирие и соглашались на сдачу оружия - разоружение, - а отсюда - сдача на милость или немилость красных…»

Октябрь 1917 года политически - борьба за власть двух революционных партий: эсеров, стоявших у власти, и социал-демократов большевиков, получивших возможность претендовать на нее и захватить ее.

ЦК партии эсеров запрещал категорически своим организациям вооруженную борьбу с большевиками, и выступления против красных производились по личному почину членов военной секции партии эсеров… Поэтому-то даже успешные боевые действия не давали никаких результатов, так как главари после перемирия разбегались и оставляли массу, шедшую за ними, на растерзание озверелых победителей.

Когда иркутский совдеп потребовал разоружения училища и школ, то в них были собраны митинги для решения - драться или подчиниться. Характерным оказалось и поведение большинства кадров: на 90% они уклонились от всякого участия в событиях; поэтому юнкерам приходилось или становиться под команду случайных офицеров, или же выбирать себе начальников.

В какой мере прилагал свои руки к организации выступления пресловутый Краковецкий… не очень ясно, но на нем лежит вина за такой пропуск, как уход трех запасных батарей с 18 орудиями на сторону красных, вследствие чего юнкера оказались в крайне невыгодном положении, имея только два десятка пулеметов и два-три бомбомета… Таким образом, против запасных полков… укомплектованных в значительной части бывшими ссыльно-каторжниками и присоединившимися к ним 4000 рабочими Черемовских копей - всего приблизительно 20000 человек, - оказались около 800 юнкеров и сотни полторы добровольцев.