Читаем Ельцын в Аду полностью

Но, в отличие от тебя, я вовремя остановился и алкоголиком не стал! - царь попытался поставить окончательную точку над i. - Хотя, если честно признаться, водочку любил до конца жизни и потреблял ее постоянно: утречком по рюмочке, обязательно сто граммов в обед, так сказать, официальная доза аппетита для... Иногда добавлял — тайком от Аликc. Для этого носил за отворотом сапога специальную плоскую фляжку — в саду или где-нибудь в ином потайном месте потреблял ее содержимое вместе с самыми верными мне придворными. Тем не менее искуситель не довел меня до такого состояния, чтобы я управлял Россией, как говорится, на пьяную голову...

Подтверждаю! - помотал рогами черт №1. - Ты управлял не пьяной, но все равно дурной головой! А ты, Борис — и пьяной, и дурной!

Вы неправы, Ваше адское величество, - заступился за обиженных Сатаною душ философ. - Оба они — совсем не дураки, хотя государственным умом не блистали, его им заменяла любовь к дворцовым интригам и перетасовкам своей камарильи... Борису, тем не менее, не хватало того, что, бесспорно, являлось преимуществом императора России — блестящего образования...

До девяти лет цесаревича воспитывали, как обычно, няни и бонны — у маленького Ники, по желанию его родителей, это были преимущественно англичанки. Затем появились учителя-наставники, обучавшие мальчика чтению, письму, арифметике, началам истории и географии. Особое место занимал законоучитель — протоиерей И.Л. Янышев, прививший наследнику престола глубокую и искреннюю религиозность.

В 1877 году Николаю исполнилось девять, и он перешел из женских рук в мужские. Его главным воспитателем стал генерал Данилович, директор военной гимназии, составивший, а затем и осуществивший программу обучения своего питомца, рассчитанную на 12 лет: 8 лет — гимназический курс и 4 года — университетский. Потом пришлось увеличить срок обучения еще на один год.

«Данилович, - вспомнил видный дипломат А.П. Извольский, - не имел других качеств, кроме ультрареакционных взглядов».

Действительным наставником и воспитателем Николая являлся учитель английского языка Хетс — очень одаренный и очень обаятельный человек, преподававший еще и в Царскосельском лицее. «Карл Осипович», как обычно называли его, выполнял роль еще и няньки, ибо он глубоко был предан царской семье, приютившей его, и искренне любил своего воспитанника. Он был чистейшим идеалистом, прекрасно рисовал и занимался многими видами спорта. Особенно Хетс увлекался конным спортом и сумел передать любовь к нему Николаю.

Цесаревич прошел усложненный курс гимназии, где, помимо всех обычных предметов, изучал не два живых языка, как в гимназии, а четыре: английский, немецкий, французский и датский. Последний был родным языком его матери, и он хотел, чтобы, когда рано или поздно окажется у своих родственников в Копенгагене, мог бы с ними общаться и по-датски. Языки давались Николаю легко, и он с удовольствием занимался ими. Особенно же любил он английский и владел им, благодаря Хетсу, настолько безукоризненно, что лингвисты полагали: Николай думает по-английски, а потом переводит свои мысли на русский.

В семнадцать лет цесаревич закончил среднее образование и перешел к изучению серии дисциплин, предусмотренных программами Академии Генерального штаба и двух факультетов университета — юридического и экономического. Высшее образование заняло еще пять лет. Преподавателями стали ведущие политики и ученые страны, включая министра финансов.

Вторую половину всего обучения занимали военные науки. Курс стратегии и военной истории читал начальник Академии Генерального штаба, фортификацию вел инженер-генерал. В числе преподавателей военных наук входили выдающиеся генералы. Для изучения пехотной службы цесаревич провел два лагерных сбора в Преображенском полку, первый год исполняя обязанности взводного, второй - ротного командира. Следующие два летних лагерных сбора служил уже в Лейб-гвардии гусарском полку, приобщаясь к кавалерии, — опять сначала младшим офицером, а потом командиром эскадрона. Его дяди — командиры этих полков развращали его по мере сил. Педерастом он в гвардии не стал, а вот поклонником Бахуса — да.

Девятнадцати лет получил Николай чин штабс-капитана, двадцати трех — капитана и наконец 6 августа 1892 года стал полковником и в этом звании оставался до конца своих дней, даже после того, как стал императором.

Войдя в возраст, наследник престола обрел тягу к прекрасному полу. Началось все с конфуза. Как-то на прогулке он с первого взгляда влюбился в красивую девушку-еврейку. Его отец, ярый антисемит, немедленно выслал ее из столицы вместе с родней. Николай попытался протестовать, но под напором августейших родичей легко предал свою первую любовь... Потом он встретил свою будущую жену и искренне полюбил ее. Что не помешало ему сделаться любовником знаменитой впоследствии балерины Матильды Кшесинской, которую подсунул ему сам батюшка-царь, опасаясь, видимо, что его отпрыск, подобно библейскому Давиду, увидит еще одну Вирсавию...