Читаем Ельцын в Аду полностью

А я и не стесняюсь! Просто не знаю! Мужу давала по необходимости, милому графушке - по любви. Что правда, то правда - Лизка специально его мне подсунула: беспокоилась, что наследника престола никак не рожу. Петрушка-то вроде бесплодным первое время считался - только в те времена мужскую бесплодность не признавали, лишь женскую... Хотя потом от полюбовницы своей дочку прижил…

Николай II всеми этими разоблачениями был не просто потрясен - раздавлен.

Не Романов, не русский... - бормотал он. - Кто же я?

Ничтожество, как и Ельцин! Оба вы - разрушители России! - дал им окончательную характеристику Ленин и замолк.

Слушай, - решил одобрить своего новоявленного «двойника» Борис Николаевич, - вспомнил я еще кое-что, что нас объединяет!

Что? - машинально спросил Николай Александрович, уже не обращая внимания на панибратство.

В выпивке мы с тобой оба знали толк!

Оба самодержца чуть не пустили слюни - чуть, потому что души этого делать не могли. Хотя им очень хотелось...

...Получая с детства военное образование, в молодости наследник престола обязан был послужить в гвардии. Жизнь там шла далекая от христианской морали: главными развлечениями являлись бретерство, амурные похождения, игра в карты, пьянство.

В довершение всего в 80-х годах XIX века среди офицеров гвардии широко распространился гомосексуализм. Александр III, считавший свою венценосную особу эталоном нравственности, с омерзением относился к носителям сего порока, но изгонять их со службы не мог, ибо их насчитывалось слишком много. И ограничивался отставками офицеров, чьи похождения получали особо громкую скандальную огласку.

Особенно славился «голубизной» Преображенский полк, где командиром был Великий князь Сергей Александрович, устроивший там настоящий содом — причем в прямом смысле слова. Император вынужден был отставить от службы сразу двадцать офицеров-преображенцев, не предавая их суду только из-за того, что это бросило бы тень на его родного брата.

Племянник Сергея Александровича - Великий князь Александр Михайлович вспомнил к месту:

«Некоторые генералы, которые как-то посетили офицерское собрание Преображенского полка, остолбенели от изумления, услыхав любимый цыганский романс Великого князя в исполнении молодых офицеров. Сам августейший командир полка иллюстрировал этот любезный романс, откинув назад тело и обводя всех блаженным взглядом!»

В Лейб-гусарском полку почти не имелось гомосексуалистов, зато царило патологическое пьянство. И здесь тон тоже задавал командир - один из самых горьких пьяниц страны Великий князь Николай Николаевич. Его подчиненные, собираясь в офицерском собрании, гуляли неделями, допиваясь до зеленых чертиков и белой горячки.

Николай II пустился в приятные воспоминания:

Водку пили не рюмками, а «аршинами» - нужно было опустошить не менее аршина рюмок, поставленных в ряд!

А что такое аршин? - заинтересовался Ельцин.

71 сантиметр! Другой забавой была «лестница», когда следовало подняться на второй этаж, выпивая по одной рюмке на каждой ступеньке. А еще пили «локтями»: ставили рюмки на длину локтя и враз опорожняли.

Частенько гусары играли «в волков»: раздевшись донага, становились на четвереньки и начинали выть. Тогда старик-буфетчик выносил лохань, наполнял ее шампанским или водкой, и вся «стая», стоя на карачках, с визгом отталкивая друг друга и кусаясь, лакала спиртное. Чемпионом в этом виде офицерского «спорта» был наш командир, Великий князь Николай Николаевич. Бывало, дядюшка голышом залезал на крышу собственного дома и, как и его офицеры, тоже выл на луну, а то и пел серенады своей возлюбленной купчихе, невенчанной супруге, жившей с ним в Царском Селе, где квартировал Лейб- гусарский. полк.

Во гуляли баре! - завистливо вздохнула экс-президентская душа. - Ах, черт...

Что? - мгновенно подскочил к нему искуситель.

Что ж ты мне не подсказал в свое время, как можно по-царски квасить?! У меня-то воображалки не хватило... И похвастаться теперь нечем... Во какая загогулина... Впрочем... Слышь, Николай, а «двустволку» не пробовал?

А как это? - оживился царь. Его некоронованный преемник с довольным видом объяснил.

Как всегда бывало на Руси, двойка пьяниц очень быстро и совершенно волшебным образом увеличилась до тройки: Барков попытался воплотить в реальность свою давнюю мечту «сообразить на троих» с самодержавными особами — хотя бы в мыслях.

О, сколь затейливо Вы, Ваше императорское величество, предавались увеселениям Бахуса! Какая августейшая изобретательность! А я-то, скудоумный, просто и незатейливо бухáл, используя термину и подражая примеру сударя Ельцина...

Бýхал, что ли, то бишь кашлял? - царь впал в недоумение.

Нет, именно бухáл, как Борис! - поставил правильное ударение в полюбившемся словце поэт-матерщинник.

Чего ты делал? - наморщила брови от недоумения монаршья душа.

То же, что и ты, и Барков... Наливал да глотал! - признался экс-гарант.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Формула бессмертия
Формула бессмертия

Существует ли возможность преодоления конечности физического существования человека, сохранения его знаний, духовного и интеллектуального мира?Как чувствует себя голова профессора Доуэля?Что такое наше сознание и влияет ли оно на «объективную реальность»?Александр Никонов, твердый и последовательный материалист, атеист и прагматик, исследует извечную мечту человечества о бессмертии. Опираясь, как обычно, на обширнейший фактический материал, автор разыгрывает с проблемой бренности нашей земной жизни классическую шахматную четырехходовку. Гроссмейстеру ассистируют великие физики, известные медики, психологи, социологи, участники и свидетели различных невероятных событий и феноменов, а также такой авторитет, как Карлос Кастанеда.Исход партии, разумеется, предрешен.Но как увлекательна игра!

Михаил Александрович Михеев , Александр Петрович Никонов , Сергей Анатольевич Пономаренко , Анатолий Днепров , Сергей А. Пономаренко

Детективы / Публицистика / Фантастика / Фэнтези / Юмор / Юмористическая проза / Прочие Детективы / Документальное
Граждане
Граждане

Роман польского писателя Казимежа Брандыса «Граждане» (1954) рассказывает о социалистическом строительстве в Польше. Показывая, как в условиях народно-демократической Польши формируется социалистическое сознание людей, какая ведется борьба за нового человека, Казимеж Брандыс подчеркивает повсеместный, всеобъемлющий характер этой борьбы.В романе создана широкая, многоплановая картина новой Польши. События, описанные Брандысом, происходят на самых различных участках хозяйственной и культурной жизни. Сюжетную основу произведения составляют и история жилищного строительства в одном из районов Варшавы, и работа одной из варшавских газет, и затронутые по ходу действия события на заводе «Искра», и жизнь коллектива варшавской школы, и личные взаимоотношения героев.

Аркадий Тимофеевич Аверченко , Казимеж Брандыс

Проза / Роман, повесть / Юмор / Юмористическая проза / Роман