Читаем Ельцин полностью

Партия стремилась принять Ельцина в свои ряды не случайно, а из-за его достижений на работе. Вспоминая о годах в строительной индустрии, он относит их за счет изнурительного графика и жесткой организационной дисциплины. Он был «требовательным» руководителем: «Я требовал от людей четкой дисциплины и выполнения данного слова. Поскольку… бранные слова нигде не употреблял и свой громкий и зычный голос тоже старался на людей не повышать, моими главными аргументами в борьбе за дисциплину были собственная полнейшая отдача работе, постоянная требовательность и контроль и плюс вера людей в справедливость моих действий. Кто лучше работает, тот лучше живет, больше ценится»[253]. Это самоуверенное заявление содержит долю правды. Очевидцы подтверждают, что Ельцин работал, как марафонец, шесть дней в неделю, отличался прекрасной организованностью и никогда не пользовался матерным языком, на котором в строительстве многие просто разговаривают. Он был чрезвычайно пунктуален и штрафовал за прогулы и неисполнение служебных обязанностей. Он принимал критику, если замечания высказывали ему в лицо, и ценил хорошую работу. На утренних пятиминутках Ельцин всегда отмечал тех, кто работал хорошо, выбивал для них ежегодную премию. Став в 1965 году директором домостроительного комбината, он заказал для рабочих специальную форму с вышитыми буквами «ДСК»[254]. На комбинате, где ввиду его значимости работали опытные инженеры и мастера более старшего возраста, «никто поначалу не воспринял Б. Н. Ельцина всерьез — „мальчишка“. Но своей компетентностью он очень скоро заставил считаться с собой. К его мнению начали прислушиваться все чаще и чаще»[255]. Точно так же относились к нему и простые рабочие: «Да, его боялись, но и уважали за справедливое и внимательное отношение к людям. Он знал всех бригадиров в лицо, по именам. Он требовал дисциплинированности от всех, он заставлял каждого работать с полной отдачей, он и сам трудился, себя не жалея»[256].

Возвышение Ельцина было исключительно его заслугой. В карьерном росте он не мог рассчитывать ни на родителей, ни на жену, ни на друзей. Мерой заслуг была эффективность работы в рамках советской командно-административной системы. Девизом всех советских хозяйственников было выполнение плана любой ценой. Выполнение плана оценивалось по жестким физическим показателям: в жилищном строительстве таким показателем были квадратные метры, в то время как качество, прочность и финансовые затраты являлись показателем вторичным. Те, кто план выполнял, получали поощрения и повышения, отстающих же наказывали и увольняли. В строительстве сочетание наглядности конечного продукта с непредсказуемостью погодных условий и наплевательским отношением к делу рабочей силы способствовали формированию духа пресловутой кампанейщины. Два слова из советского жаргона характеризуют господствовавшую тогда в отрасли традицию наиболее ярко — это «штурмовщина» и «аврал». В Свердловске удавалось выполнить 30–40 % годового плана по жилищному строительству в декабре.

Учитывая то, что мы знаем о поведении Ельцина как студента и спортсмена, можно сказать, что по характеру он идеально подходил для советской строительной промышленности, в которой требовалось умение работать исступленно. Как-то, в 1959 году, в последний момент перед подписанием акта приемки в эксплуатацию камвольного комбината Ельцин обнаружил, что СУ-13 не построило 50-метровый туннель между двумя корпусами: у них просто потерялся чертеж. К 6 часам утра следующего дня чертежи были восстановлены, туннель прорыт, и асфальт снова уложен на место. В 1962–1963 годах Ельцин создал у себя образцовую бригаду, в которую входила десятая часть персонала СУ-13. Он лично следил за доставкой стройматериалов, благодаря чему бригада смогла установить рекорд Советского Союза по скорости строительства, и это стало еще одной заслугой Ельцина. Помимо всего прочего, успех принес ему и всей бригаде восхваление в свердловской прессе[257].