Читаем Элементарно, Холмс! полностью

– Отнесите раненых вниз, подальше от холода, и устройте со всем возможным комфортом. – Повернувшись к Сайджерсону, он спросил со спокойной деловитостью: – У вас на судне есть медикаменты? Лекарства? Одеяла? Что-нибудь в этом роде?

– Боюсь, что нет. Давно закончились. Мы лишь переправляем людей.

– И это немало, поверьте мне. – Уилкс вернулся к своим людям, схватил ближайшего за руку: – Роджер, первым делом нам потребуются самодельные жгуты. Займись этим, хорошо?

Роджер кивнул, шагнул к входу в каюту и скрылся внизу. Уилкс снова подошел к Сайджерсону.

– Сколько времени займет переправа?

Сайджерсон отметил, что судно замедлило ход, пытаясь найти равновесие среди бурных волн, и понизил голос. Новости были не из лучших, особенно для тяжело раненных.

– На такой скорости – около четырех часов. – И добавил: – Быстрее, если ветер стихнет.

Уилкс кивнул и громко обратился к своим солдатам:

– Пожалуйста, раненые и те, кто им помогает, – вниз. Остальные остаются наверху. Найдите удобное место на палубе, устройтесь и немного поспите. Через шестнадцать сотен часов нас ждет чай в Дувре.

Улыбнувшись шутке, Сайджерсон начал поворачиваться, и тут судно перешло на самый малый ход. Сайджерсон нахмурился, поднял глаза на мостик, затем – память о пикирующих «Штуках» была еще свежа – вновь посмотрел на удаляющийся берег. Сверху раздался твердый голос:

– Уилкс.

Уилкс вышел из дверного проема каюты, прищурившись, взглянул на мостик, отдал честь.

– Сэр?

– Сколько у нас осталось человек?

– Тридцать два годных, – мгновенно ответил молодой лейтенант. – Пятеро раненых, не считая вас.

– А наше оснащение?

– Оснащение, сэр?

Голос Хагина стал резким.

– Оружие, парень. Пистолеты, винтовки, боеприпасы, гранаты. Я прекрасно знаю, что радио осталось на берегу. Но что у нас есть?

– Мне нужна минута, сэр.

– Хорошо. У тебя есть минута. Одна.

Лицо Уилкса отражало реакцию Сайджерсона на категоричность тона – тревогу, разочарование, даже гнев. Затем выражение смягчилось, в нем проступило терпеливое понимание. Без сомнений, Уилкс привык к своему командиру, но воспринимал его крайне серьезно. Он тут же отправился вниз, чтобы оценить огневую мощь, хотя Сайджерсон представить себе не мог, зачем она может им потребоваться.

Со своей стороны, он убедился, что Джордж и Гарри не пострадали и занимаются делом, после чего забрался по лестнице на мостик. Через минуту после того, как Даффи заглушил двигатели, они перестали продвигаться вперед, и теперь «Куколка» покачивалась на неспокойных волнах. Поднимаясь, Сайджерсон посмотрел вверх и увидел среди несущихся темных облаков проблеск голубого неба. На мгновение чистый солнечный свет залил палубу. Одолев лестницу, Сайджерсон шагнул на мостик.

– Все в порядке?

– В порядке.

– Похоже, наше продвижение к Дувру замедлилось, – сказал Сайджерсон. – Некоторым из людей внизу не терпится попасть домой.

Глаза Даффи были серыми и отстраненными.

– Поговорите с полковником.

Кивнув, Сайджерсон повернулся и отдал честь.

– Полковник Хагин. Как ваша рука?

– Бесполезна. Но это поверхностная рана. Она ничего не значит.

– Сэр, мы занимаемся ранеными внизу, – сказал Сайджерсон. – Солдаты делают импровизированные повязки. Возможно, вам следует заглянуть к ним, чтобы вас подлатали.

– Я и так вполне, как вы выразились, подлатан. Однако, мистер Сайджерсон, вам следует воздержаться от приказов офицерам высшего ранга, занятым серьезным делом.

Глаза Сайджерсона сузились, ноздри раздулись.

– Это было предложение, сэр. Не приказ. Разумеется, вы вольны поступать как считаете нужным.

– Я это знаю. И вам тоже следует это знать.

Возможно, Черчилля и не интересовал ранг волонтеров – или его отсутствие, – однако Сайджерсон не питал никаких иллюзий насчет того, чей ранг выше: настоящего британского полковника или вышедшего на пенсию старика. Судя по всему, Хагин их тоже не питал. Чтобы оспорить законность захвата Хагином командования судном, придется застрелить полковника, и хотя его поведение вызывало у Сайджерсона гнев и неприязнь, он не был готов к убийству. Поэтому молча кивнул.

– Разумеется, сэр. Мои извинения.

Даффи повернулся к нему. Возможно, усталость, напряжение, стрельба и неразбериха последнего рейда наконец взяли над ним верх: он выглядел больным, позеленевшим и слабым.

– Полковник Хагин желает взглянуть на наши карты, Сайджерсон, – произнес Даффи невыразительным голосом. – Не могли бы вы принести их сюда?

– Наши карты?

– Наши навигационные карты.

Сайджерсон знал, какие карты он имеет в виду – других у них не было.

– Да, сэр, – ответил он. – Я скоро вернусь.

Внизу мальчики и Уилкс устроили раненых и других солдат для путешествия, и воцарился относительный порядок. Как ни удивительно – должно быть, они прятали их под фуражками или шлемами, – у некоторых имелись при себе сухие сигареты, и большинство курили. Роясь возле радио в поисках карт, Сайджерсон услышал, как за его спиной Уилкс на палубе отчитывался перед Хагином: