Читаем Экспедиция в Лес полностью

— Это просто Максина у нас не самая лучшая спортсменка. А вот за сестрёнкой, — он кивнул на Маришку, — мне ни в жизнь не угнаться. Я гляжу, мы здорово тебя заинтересовали, что ты всё подмечаешь, — он озорно подмигнул Максиму и широко улыбнулся.

— Ещё бы. Разумные, говорящие растения! До сих пор в голове не укладывается, — Максим закатил глаза в притворном ужасе и уложил голову на кулаки.

— По сравнению с Лесом, мы не такое уж чудо. Считай, те же люди, только с другой диетой.

— Ну что Лес? О том, что он такое я только теоретически знаю, а вас могу наблюдать воочию. Впечатление намного сильней.

Ночь и следующая половина дня прошли настолько спокойно, что грандиозная пакость просто не могла не случиться. Неладное, как ни странно, первым заметил Максим. Обладая гораздо большей массой тела, чем девушки или Лиш, а так же намного чаще смотря под ноги, чем остальные, он увидел, как при очередном шаге ветка под ним подалась, соскользнув по соединительному рубцу от своей соседки почти на сантиметр вниз. Насторожившись он замер, и присев ещё внимательней уставился себе под ноги. Он находился у того места, где одно дерево соединяется с другим, а вот теперь похоже это соединение нарушено. Подошедшая Маришка заглянула ему через плечо. Потом с ловкостью белки перескочила к другому стыку, третьему, прошла немного вперёд и уселась, привалившись к стволу вальсинора. Через минуту к ней присоединились Лиш и Максина.

Разъяснений не требовалось. Ведь только вчера серьёзный юноша по имени Фёдор предупреждал о возможности такого. А теперь дети леса, сосредоточившись, пытались определить масштабы катастрофы.

— Странное дело, — первым открыл глаза Лиш. — А я ведь не почувствовал ничего тревожащего. И сейчас отчётливо ощущаю, что деревья вполне здоровы, просто потеряли связь друг с другом.

Максина, не теряя сосредоточения встала, и спустя мгновение скрылась в переплетении ветвей.

— Куда это она?

— Определит границы поражения и вернётся.

— Вы так спокойны, — протянул Максим, глядя на деловитую целеустремлённость Маришки.

— А что, кому-то станет легче, если я буду паниковать и рвать на себе волосы? К тому же, вряд ли эта зона имеет большой радиус. Мы уже довольно близко от заселённых мест и будь это иначе, очаг поражения уже бы давно заметили.

Прибежавшая Максина, подтвердила её предположение. Зона поражения имела радиус меньше полукилометра. Однако, пройдя чуть дальше вглубь её, они убедились, что не пропустили бы этот феномен, даже если бы не наблюдательность Максима.

— Что? — спросил Максим, когда Маришка замерла с прижатыми к вискам пальцами.

— Я почти не слышу Лес! — вот тут в её голосе отчётливо прозвучало беспокойство.

— Это как?

— Как будто через слой ваты в ушах. Вроде бы что-то слышно, а не разобрать, что.

— Почему мы ничего не почувствовали заранее? — чуть не со слезами в голосе спросил Лиш. — Это же не только что случилось!

— Анестезия. Или онемение. Он просто не чувствует крошечный кусочек своего тела, потому и не обеспокоился, — как ни странно, Максина держалась лучше прочих и с профессиональным интересом изучала «пострадавшего». — Я хочу найти место, с которого всё начиналось.

Поиски не заняли много времени. И пока Максим отдыхал в сторонке, в очередной раз чувствуя собственную бесполезность, лесные жители сверху донизу обследовали растительного гиганта и парочку его соседей, оказавшегося в центре зоны поражения. Неприятной новостью оказалось то, что у этих деревьев были не только оборваны связи с соседями, но и угнетены прочие жизненные функции.

— А ещё хуже, — спокойно и мрачно сказал Лиш, присаживаясь рядом с Максимом, — что эта зараза продолжает распространяться. Очень медленно, не больше чем на метр в час, но остановить её надо.

— Это обязательно нужно сделать здесь и сейчас?

— Нет. Можно известить остальных и уже всем вместе решать что делать. Но у меня есть идея. Подождём сестрёнку и, если разрешит, можем попробовать.

— Что именно ты собрался пробовать? — Маришка рухнула на их ветку откуда-то сверху.

— У меня есть с собой пустой кристалл памяти. Я хочу попробовать его вживить в наиболее пострадавшее дерево.

— И что это нам даст? — Маришка поощрительно склонила голову и обняла дриаду за плечи.

— Ну, он же не совсем пустой. Там содержатся базовые установки. Может быть, они помогут восстановиться этому кусочку леса самостоятельно.

— Может сработать, — Маришка в задумчивости потеребила нижнюю губу. — В конце концов, кроме времени мы ничего не теряем. Хорошо. Готовься. Мы с Максиной поможем наладить контакт с деревом.

Но прежде чем она успела встать, её перехватил Максим:

— Что такое «кристалл памяти», «базовые установки» и всё прочее вами упомянутое? — и видя, что Маришка задумалась, добавил: — Если это конечно, не секретная информация.

— Да нет. Не секретная. Просто я соображаю, как можно попроще объяснить то, в чём сама плохо разбираешься.

— На сравнениях и аналогиях.

Перейти на страницу:

Все книги серии Форрестер

Похожие книги

Карта времени
Карта времени

Роман испанского писателя Феликса Пальмы «Карта времени» можно назвать историческим, приключенческим или научно-фантастическим — и любое из этих определений будет верным. Действие происходит в Лондоне конца XIX века, в эпоху, когда важнейшие научные открытия заставляют людей поверить, что они способны достичь невозможного — скажем, путешествовать во времени. Кто-то желал посетить будущее, а кто-то, наоборот, — побывать в прошлом, и не только побывать, но и изменить его. Но можно ли изменить прошлое? Можно ли переписать Историю? Над этими вопросами приходится задуматься писателю Г.-Дж. Уэллсу, когда он попадает в совершенно невероятную ситуацию, достойную сюжетов его собственных фантастических сочинений.Роман «Карта времени», удостоенный в Испании премии «Атенео де Севилья», уже вышел в США, Англии, Японии, Франции, Австралии, Норвегии, Италии и других странах. В Германии по итогам читательского голосования он занял второе место в списке лучших книг 2010 года.

Феликс Х. Пальма

Приключения / Исторические приключения / Фантастика / Научная Фантастика / Социально-психологическая фантастика
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези