Читаем Экспедиция в ад полностью

Я метнул гранату вниз, под брюхо чудищу, а сам, недолго думая, прыгнул ему на спину. Надо сказать, это оказалось самое безопасное место. Весь загривок зверюги закрыт мощным шипастым панцирем, который защищает ее от атаки сверху, но, с другой стороны, не дает толком поднять голову. Ящерица заревела, неуклюже дергая башкой из стороны в сторону. Я замер, до боли в пальцах вцепившись в костяные наросты у нее на спине. Огнестрел бесполезным грузом болтается на ремне – сейчас не до стрельбы. Еще секунда и…

Грохот взрыва смешался с оглушительным ревом ящера. Взрывной волной зверюгу немного приподняло от земли и отбросило вбок. Я, как наездник на взбесившемся скакуне, безуспешно пытаюсь удержаться на спине чудища, но инерцией меня отбрасывает в сторону. Сгруппироваться толком я не сумел и всеми костями загремел по камням. Подбородок, правда, успел прижать к груди, так что головой не стукнулся. В глазах еще цветные круги пляшут, но я уже рефлекторно развернулся в сторону чудища, направив на него ствол автомата.

Да нет, беспокоиться не о чем. Чудище валяется на боку, выставив напоказ развороченное взрывом брюхо, и конвульсивно дергает лапами в воздухе. В воздухе разносится жуткая вонь – смесь из запахов горелого мяса, горелой же роговины и содержимого ящериных кишок. Меня и так с голодухи мутит, а тут…

Я перевернулся на спину и пару минут провалялся, прислушиваясь к себе. Боль постепенно уходит из ушибленного бока, а вот правое колено то и дело простреливает. Тысяча черепогрызов! Не хватало еще ногу здесь сломать! Я сел, осторожно ощупал колено. Да нет, обычный ушиб. Хотя наверняка доставит немало хлопот в ближайшие несколько часов. Та-ак… Надо попробовать встать…

– Вот ублюдок!! Какого хрена?!

Вопль этот раздался как гром с ясного неба и – стыдно признаться – застал меня врасплох. Я подскочил, как ошпаренный, рефлекторно ловя на мушку источник звука.

На севере, на самой вершине того откоса, с которого спустилось чудище, четко вырисовываются два двуногих силуэта – один повыше, другой пониже. Лиц и деталей одежды отсюда не разобрать, но и так ясно, что это кто-то из местных. Я присел, взял на прицел того, что слева. Оба – великолепные мишени. Две короткие очереди – и дело с концом. Впрочем, это всегда успеется. Сами они вроде бы не вооружены, во всяком случае, в руках у них ничего не видно.

Оба аборигена двинули ко мне, с завидной сноровкой преодолевая крутой склон.

– Какого хрена ты натворил, придурок?!! – на полпути вниз снова завопил один из незваных гостей – высокий костлявый детина с темной кожей и буйной гривой черных спутанных волос.

Второй – низкорослый бритоголовый монголоид с козлиной бородкой – пока хранит молчание, зато двигается гораздо быстрее напарника и внизу оказывается на добрых полминуты раньше. Даже не взглянув на меня, обегает ящера кругом и сокрушенно качает головой. Поворачивается, наконец, ко мне, быстро окинув меня взглядом. Глаза такие узкие, что зрачков не разобрать. Даже не разглядеть толком, в какую сторону глядит.

– Давно сел?

– Недавно, – буркнул я, не убирая палец с гашетки автомата. В руках у коротышки по-прежнему ничего нет, но вооружен он до зубов – за спиной такой же, как у меня, огнестрел, на поясе пара запасных обойм и жутковатого вида кривой клинок, явно самодельный. И что-то подсказывает мне, что на то, чтобы воспользоваться любой из этих вещичек, у него уйдет гораздо меньше времени, чем может подумать неискушенный в таких делах новичок.

– Где капсула?

Я мотнул головой на запад.

Узкоглазый задумчиво потер подбородок, приглаживая жиденькую бороденку. В это время его спутник, проехав на заднице последние метры склона, тоже обежал ящера кругом. Реакция его оказалась куда более бурной, чем у коротышки.

– Да здесь же центнера три отличного мяса было! Все запоганил, безмозглая скотина!! Какого хрена надо было гранатой его валить?!

– Тут уж выбирать не приходилось! – огрызнулся я. – Еще немного – и эта тварь бы меня заживо сожрала.

– Кто – панцирник?! Да это самая безобидная зверушка из всех, что здесь водится! Просто халявная добыча. Жалко, их мало осталось в округе… Твою мать, столько мяса… – Темнокожий еще несколько раз обошел тушу, сокрушенно мотая головой.

– Морис прав. Зря гранатой. В глаз надо было, – отрывисто произнес коротышка, не спуская с меня цепкого взгляда. На руки мне он не смотрит, будто не замечает направленный прямо на него автомат. Заглядывает прямо в глаза, словно мысли прочитать хочет. Терпеть не могу подобных штучек!

Темнокожий наконец оторвался от ящера. Подошел вплотную ко мне, чуть ли не упершись животом в ствол автомата. Подобное пренебрежение моей боевой позой уже начинает действовать на нервы. Они что, думают, их пули не берут?

– Убери ты пушку, одноглазый! – неприязненно процедил негр, демонстративно сплюнув мне под ноги. – А то еще выстрелишь с перепугу.

– Могу и выстрелить. И не с перепугу, а потому что ты меня уже начинаешь раздражать.

Коротышка сокрушенно покачал головой, как мамаша в ответ на шалости малолетнего отпрыска.