Читаем Экс 2 (СИ) полностью

От блондинистой маньячки удалось скрыться на заправке. Под предлогом покупки спиртного Антон сбежал в придорожный маркет, спрятался в подсобке, а оттуда - сдернул окончательно. Бежал галопом, а потом его подобрал водитель проходящей фуры. Слава богу, что на дорогах Ньюланда транспортные автопилоты пока не вытеснили живых водителей. А то бы эксу не скрыться. Но и без того Ветрову долго мерещился голос дамочки, зовущей его... неизвестно куда.

Дальше Антон путешествовал автостопом. В общем, добирался на перекладных. Почти как в давно забытом старинном фильме "Самолетом, поездом, автомобилем". Разве что, в отличие от древнего кино, поездом прокатиться не довелось, зато на лодках-катерах поплавал. Да и пешие куски наматывал немалые. На ночевки останавливался в небольших городках, в... злачных местах. Мотелей избегал из-за опасения, что их Чужие и "ангажированные" копы и приставы будут фильтровать в первую очередь. И съемных квартир, комнат и ночлежек сторонился. Чуйка подсказывала, что туда соваться не стоит. Спать на природе, под мостом, на скамье в парке или в каком-нибудь дремучем углу Ветрову тоже не хотелось. Не достиг той грани, когда плевать на то, где отключаешься. На травяном матраце и под звездным одеялом удовлетворение от сна способны получать лишь конченые романтики. А экс не из таких. К тому же ночевки под открытым небом не исключали риска - парковые скамейки с дремучими углами вполне могли проверяться патрульными.

А так... напился человек в баре, снял "девочку" и поднялся в "номера" - что может быть банальнее? Тут важно не буянить, не привлекать внимания. А то, что "клиент" от переизбытка горячительного оказался не в состоянии с "девочкой" разлечься по полной программе, то не беда. Обычное дело. Ну, перебрал, случается. Не повод волну гнать. Тем более, если павший в борьбе с зеленым змием искатель утех жрице любви работу заранее оплатил. А Ветров всегда вносил предоплату.

Слава богу, что в патриархальных южных городках, где пролегал маршрут экса, с подобными делами все обстояло согласно старинным канонам. И не по армейским лекалам. Никаких тебе "блоков удовольствий", кабинок, симуляторов и прочих виртуальных заменителей, знакомых Ветрову по службе. Нет, возможно, в городках подобные устройства имелись, но на глаза не попадались. А вот леди облегченного поведения - очень даже попадались. Едва ли не в каждом баре. Чем Антон и пользовался. Для прикрытия ночевок.

Кто-то скажет, что не грех было бы и воспользоваться услугами "ночных бабочек", коли "уплочено", но Антон не желал. Не то, чтобы брезговал, именно не желал. И в физиологическом плане, и в эмоциональном. Гораздо сильнее, чем в постели с девицами упражняться, тянуло упасть на кровать и спокойно продрыхнуть до утра. А перед Дианой краснеть потом - совсем не тянуло.

Смешно, но в отношении блондинистой попутчицы подобных угрызений совести экс не испытывал. Не окажись дамочка маньячкой, завалил бы ее в койку с радостью. Не взирая на возраст и моральные обязательства перед Дианой. Сам себе бы наплел что-нибудь в извечном стиле, типа "физическая измена не есть настоящая измена", и оприходовал. Позже, безусловно, раскаялся бы, помучался, непременно заклеймил свой поступок последними словами, но... позже.

С проститутками же никакие непреодолимые соблазны на психику не давили. И пусть приходилось напрягать актерские способности, изображать пьяного, вдобавок одновременно проявлять бдительность и, что называется, следить за карманами, отсыпаться получалось. Дождался, пока девица убедится в бесперспективности попыток поднять клиента и уберется из номера, закрылся и сопи в две норки до утра. По крайней мере, так экс восстанавливал силы.

Путешествие от Сандитауна до Риверсайда заняло около недели. Относительно недолгий срок. Хотя изначально Антон планировал долететь за несколько часов, но стандартные мерки то ли к гонке, то ли к бегству через половину континента едва ли применимы.

Риверсайд встретил экса привычными потоками голографической рекламы, шумом и многолюдьем. И вновь появившимся "запахом опасности". Не столь резким, как в последние дни перед полевой практикой, когда казалось, что на шее медленно затягивается удавка, но довольно отчетливым. Впрочем, накануне отбытия в пустынный город острота ощущений была вызвана в немалой доле заурядным нервяком. И чуйка, и знание-понимание были не при делах. А психовать и дергаться, помимо органа интуиции, расположенного в седалище, заставляла вызванная длительным стрессом мнительность. А ныне, несмотря на гонку и прочие дорожные приключения, нельзя сказать, что Антон трясся осиновым листом на ветру. Паники не было. Страх присутствовал, но в умеренной дозе, на грани с заурядной осторожностью. И "запах" больше напоминал то внутренне свербление, которое досаждало эксу в Сандитауне. Но предвосхищение неприятностей было посильнее пустынного.