В этой таблице мы видим гармоничные сочетания различных систем. Но следует отметить, что эволюция человечества приводит к эрозии одних систем и отдаёт пальму первенства другим. Так исчерпали себя диктаторские модели. В XXI веке уже сложно загнать человека в рамки догматического мышления, сделать его покорным винтиком системы. Индивидуалистско-конкуретные модели также в большей мере остались в прошлом, ведь сегодняшний мир рождает такие феномены, как социальные инновации, социальное предпринимательство.

Тем не менее, битва доктрин продолжается и сейчас. Так, некоторые общества достаточно успешно пытаются совмещать рыночную экономическую модель с политической диктатурой. Но Богдан Гаврилишин в своих оценках предполагает, что таким образом можно достигнуть лишь относительной эффективности.

Самым сложным для изменений компонентом являются ценности. Если политическая и экономические системы могут быть реформированы относительно быстро, то изменение системы ценностей требует зачастую нескольких поколений.

Какие же ценности доминируют в Украине? Социология рисует такой портрет типичного украинца (см. рис. на с. 111).

Психотип украинца

Несмотря на длительное насаждение коллективистских ценностей, украинец остался индивидуалистом. Но этот индивидуализм существенно отличается от индивидуализма европейского типа. Если последний нацелен на сотрудничество, то украинский тип – на изоляцию и ограничение влияния со стороны внешнего мира. Если западный мир смирился с взаимозависимостью и положительно относится к ней, то украинец находится в поиске своей независимой изолированной модели. Следует обратить внимание, что при высоком уровне недоверия к правительственным институциям и такой склонности к индивидуализму Украине на данном этапе развития с нынешними индивидуалистско-конкурентными ценностями ближе всего экономическая модель свободного предпринимательства и политическая система, предполагающую конкуренцию. Патернализм, живущий в обществе, зиждется преимущественно на прошлом коллективистском прошлом, отрицающем частную инициативу и активность.

Жить в гармонии со своими ценностями – важный элемент экономической успешности как на уровне конкретного человека, так и на уровне целого общества. Такие страны, как Швеция, Норвегия, Дания, Швейцария, совмещают свободу самовыражения человека и высокую степень заботы о каждом члене общества. Их пример, возможно, и есть тем самым указателем в будущее для других стран, которые исповедуют другие ценности. Кто-то указывает на эти страны как пример для немедленного всеобщего наследования. Но если ценности конкретного общества еще не такие, пример вышеназванных стран можно воспринимать как долгосрочный указатель, к которому станет возможным прийти лишь тогда, когда доверие внутри общества, приоритеты его членов достигнут соответствующего уровня развития.

Сам же Богдан Гаврилишин видит в будущем перспективу во всемирной интеграции. Нации будут сохранять свою культурную идентичность, но в политическом и экономическом плане они будут сближаться, а границы между ними будут стираться. В этом новом мире придётся искать компромиссы и думать о том, как достигнуть выигрыша всем, пусть даже и ценой немаксимального экономического роста. Ценности многих обществ получат вызов в виде нового глобального мира, в котором каждому найдётся место, но который требует открытости и активности.

Куда движется мировая экономика – постиндустриальный XXI век

«Промышленная революция не имеет перспектив. Не верьте в перспективность этих машин. Они полезны лишь там, где помогают основе экономики – сельскому хозяйству».

Великие умы XIX века делали заявления, подобные приведенному. Логика их была достаточно очевидна – без продуктов питания мы прожить не можем, а без машин и двигателей внутреннего сгорания – вполне.

Но они ошибались. В XX веке «развитая страна» и «промышленно развитая страна» стали синонимами. Аграрные страны не могли соревноваться с промышленными. Появлялись всё новые и новые продукты производства, формирующие основу жизни человека, те, без которых жизнь перестала казаться комфортной.