Читаем Экипаж. Команда полностью

Этим вечером Козырев исполнял функции водителя служебной развозки. Сначала они забросили домой живущего дальше всех Лямина, затем поехали отвозить Полину. В принципе, с Лермонтовского Нестеров мог добраться до дома и общественным транспортом, однако сегодня ему спешить было некуда – жена укатила вместе со съемочной бригадой в Москву, а Оленька продолжала гостить у бабушки в Рощино.

Настроение после удачно проведенной операции было хорошим, пиво холодным, а посему бригадир, развалившись на заднем сиденье «лягушки», откровенно блаженствовал, попутно развлекая Пашу с Полиной байками из опушной жизни.

Эту идиллию нарушил мобильный звонок, а подобного рода звонки в половине десятого вечера ничего хорошего, как правило, не сулят. Номер абонента не высветился. Нестеров нахмурился, поразмышлял немного, но все-таки ответил.

– Слушаю.

– Сергеич, это Серпухов. Узнал?

– Привет. Что стряслось?

– Помнишь, я тебе говорил, что мой барабан шепоток про Ташкента слышал?

– Помню, и что?

– Он мне час назад отзвонился, сказал, что в шалмане на улице Правды бухают двое конкретных пацанов. Один из них при разговоре выдал такую фразу: «А когда к Ташкенту поедем?» На что второй ему ответил: «На хрена нам первыми приезжать и потом торчать там, дожидаючись? Давай еше пузырек раскатаем и тогда уже двинем…» Я на всякий пожарный туда подорвался. Еле успел – эти двое как раз на выход поперли. Человек мне их засветил – рожи, и правда, неприятные… Короче, я сейчас за ними потихонечку в сторону ТЮЗа гуляю…

– Понял тебя, Леша. Мы как раз на моторе, постараемся вас перехватить. Ты, главное, почаще отзванивайся, привязку сообщай. Лады?

– Лады, Сергеич. До связи…

– Ни фига себе, – пробормотал Нестеров. – Сегодня просто какой-то вечер встреч наших выпускников.

– Что случилось, Александр Сергеевич? – спросила Полина.

– Да пока ничего особенного, кроме того, что, возможно, Леха Серпухов нас обскакал и первым вышел на реальный след Ташкента… Так, Паша, тормози… Полинушка, вот тебе деньги – возьмешь частника. Извини, но мы тебя сегодня проводить не сможем – нам с Пашкой надо срочно лететь в сторону Витебского вокзала… И давай без возражений – нас троих, считая Леху, за глаза и за уши хватит. Ни к чему лишний раз весь народ светить… Вот и умница, что поняла… Все, счастливо… Давай, Паша, гони на Загородный…

Когда Нестеров с Козыревым подлетали к ТЮЗу, Серпухов снова вышел на связь:

– Ты где, Сергеич?

– Да уже почти приехали. Что у вас?

– Берут пиво в ларьке у «Пушкинской». Похоже, сейчас будет посадка в метро.

– Понял тебя, Леша. Через три минуты я буду. Там и пообщаемся.

Бригадир застегнул куртку и наклонился к Паше:

– Высадишь меня аккуратненько у метро. «Мегафон» на станциях, в принципе, должен брать, так что попробую давать тебе настроечки из вагона. Но если по какой-то причине связь пропадет, особо не суетись – в случае чего мы с Лехой и вдвоем доведем. Ясно?

– Ясно, Александр Сергеевич. Но лучше вы мне, когда на землю выберетесь, все равно ориентир подкиньте. Время позднее. Если заедут куда-нибудь в глухомань, как потом выбираться будете?

– Ладно, Паша, договорились, – улыбнулся бригадир. – Если есть желание – давай погоняем. В конце концов, в отличие от меня, ты завтра хоть отоспаться сможешь.

– А у вас завтра разве не выходной?

– Выходной, но с обременением в виде совещания старших смен у Фадеева. Начало, естественно, в одиннадцать нуль-нуль. Не могли, блин, хотя бы днем провести, собаки… Ага, вот и Леха… Стоп, Паша. Приехали… Все, слушай трубу – я пошел…

Через семь минут Нестеров вышел на связь:

– Мы на платформе. Едем, как минимум, до «Техноложки».

Едва Паша долетел до Московского проспекта, бригадир отзвонился с уточнением:

– «Техноложку» проехали. Ветка на Ветеранов. Жми к Стачек.

Очередную привязку Козырев получил уже посредством sms: «Нарвск. дальше». Паша проскочил и «Нарвскую», и «Кировский завод», но, поскольку новых вводных больше не поступало, остановился в районе автобусной остановки у станции метро «Автово». Держа на изготовку мобилу, он вышел из машины и, чтобы хоть немного снять напряжение, закурил. Телефон признаков жизни не подавал.

– Пашка, ты? – откуда-то из темноты раздался до одурения знакомый голос.

Козырев обернулся. Это был Стас Филонов, армейский товарищ и некогда лучший Пашин кореш. Тот самый, что когда-то подарил Козыреву классную выкидуху на день погранца, впоследствии позаимствованную ментами. Почти три года Павел со Стасом были не разлей вода, и лишь с уходом Козырева в наружку былые и, как поначалу казалось, вечные дружеские узы стали трещать по швам и расползаться. Последний раз Козырев нормально общался со Стасом месяцев пять назад, если не больше.

– Привет! Ты как здесь? Откуда?

– Да я вот домой добираюсь. Никак уехать не могу – автобусы уже не ходят, а на маршрутку денег не осталось.

– Как домой? Ты же на Гражданке живешь?

– Да я уже с месяц как в Красном Селе обитаю. У жены…

– Ты что, женился?

– Блин, Козырев, ты как обычно – тупишь по ночам. Ясен перец, если у жены, то значит женился. Через четыре месяца киндера жду…