Читаем Экипаж. Команда полностью

– Стоп, мужики, – прервал диспут Нестеров. – Я ни хрена не понял, кроме одного – у нас есть проблема. Проблема заключается в том, чтобы войти в адрес объекта, включить его компьютер (а желательно, чтобы он сам его включил) и скопировать на него какую-то фигню с дискеты. И якобы после этого будет всем нам хорошо. Так?

– Примерно так, – согласился Николай.

– Эта фигня у тебя при себе?

– Нет, но на подготовку дискеты уйдет минут пять. Не больше.

– Тогда вот что, Николай, давай-ка приготовь нам эту чертову дискету, а уж как ее скопировать на компьютер – мы сами обмеркуем. Есть у меня одна мыслишка… Но уж если выгорит, то вскрывать этот самый ящик будете вы, Игорь Михайлович… Обычный почтовый еще куда ни шло, я бы и сам поднапрягся и раздолбал, но электронный – увольте. Я как в детстве в розетку карандашик попытался запихать, так с тех пор электричества боюсь…

…Вечерело. Возможно, где-то над озером сейчас и летали утки, но вот объект третий час вертелся ужом на сковородке, не то бесцельно, не то со смыслом слоняясь по улицам и дворам района «трех дураков».[75] Кстати, в том, что это действительно объект, у смены Нестерова имелись определенные сомнения. Работать за цыганами (равно как за неграми, китайцами, таджиками и прочими) всегда было довольно сложно. Особенно когда принимаешь человека под наблюдение, имея на руках лишь копию с несгибайки с фотографией десятилетней давности, либо когда выводишь его из подъезда, в котором на всех этажах – с первого по девятый – проживают его многочисленные соплеменники (все – на одно лицо).

– Грузчик, делаешь адрес! – уже не во сне, а на самом что ни на есть яву раздался голос Нестерова…

Услышав приказ бригадира, Лямин невольно вздрогнул, вспомнив свой сегодняшний ночной кошмар, и растерянно остановился. Между тем объект – подозревающийся в торговле героином гражданин Белявский (не то однофамилец, не то дальний родственник знаменитого цыганского барона из Всеволожска), уже подходил к одному из подъездов здоровенного дома-корабля на проспекте Ударников.

– Эй, на барже!.. Грузчик!.. Чего? Бензин кончился? Подтолкнуть? – сердито гаркнул по станции бригадир, и Ваня обреченно поплелся к подъезду. Время было еще не слишком позднее, по двору деловито шагали прохожие, на лавочке у гаражей шпана терзала расстроенную гитару и гнусавым голосом распевала что-то из «Сектора Газа» – словом, в Багдаде, на первый взгляд, вроде как все было спокойно. Однако Лямину все равно почему-то сделалось страшно. Он медленно подошел к подъезду, в глубине души надеясь наткнуться на домофон или хитрый кодовый замок, но таковых здесь не оказалось.

В темном подъезде гнусно пахло плесенью и мочой. Едва войдя в него, Иван услышал звук тронувшегося лифта.

Теперь по инструкции ему следовало ломануться вслед за ним и притормозить, не добегая одного лестничного пролета до этажа, на котором тот остановится. Но Лямин за лифтом не побежал, потому что в эту самую секунду ему вдруг припомнился недавний маневр Яши с Апраксина двора, и Иван отчетливо представил себе, как объект Белявский запускает лифт наверх, а сам крадучись поднимается этажом выше и прячется в сумраке, поджидая Ивана. То, что объект его срубил, сомнений почему-то не вызывало. Лямин притих и весь обратился в слух в надежде на то, что по звуку он сумеет определить хотя бы этаж, в случае если из остановившегося лифта действительно выйдет человек.

Где-то далеко наверху из лифта действительно кто-то вышел. Однако определить по звуку – был ли это седьмой или, скажем, девятый этаж, Иван не смог. Потом где-то в тех краях хлопнула дверь, глухо залаяла собака, а потом подъезд снова погрузился в тишину. В рейтинге личных страхов Лямина второе место (после коварных неожиданных ударов тяжелыми предметами по голове) занимали собаки всех мастей и размеров. Поэтому Иван так и не решился подняться и побродить по этажам, прислушиваясь к звукам, доносящимся из-за дверей. Он покинул негостеприимный подъезд и понуро направился к ожидавшей неподалеку «девятке».

– Ну, как успехи? Срубил? – встретил его Нестеров.

– Почти… Квартира где-то с седьмого по девятый этаж… Там еще собака в квартире… Или рядом с ней, – промямлил Лямин, а затем виновато уточнил зачем-то: – Большая, наверное, собака. Очень уж громко гавкала.

– Так, понятно, – помрачнел бригадир. – А поточнее нельзя было сделать?

– Не-а.

– Позволь полюбопытствовать почему?

– Стрёмно как-то, – честно признался Иван.

– А, вот так даже?… Что ж, помнится, аналогичный случай был в Тамбове.

– Какой случай?

– А такой, что приходил залетный кент – жалился Марусе: воровскую жизнь – люблю, а воровать – боюся…

– Это как? – не понял Лямин.