Читаем Екатерина I полностью

Письмо Петра I к Екатерине Алексеевне

Катеринушка, друг мой, здравъствуй!

Объявъляю вам, что мы сюды прибыли и дело свое с помощию Божиею упъравили, и поедем завътра в Ригу. Слово, которое было о Дунелше, правъда, ибо вчерась бурмистр сам мне сказывал, что слово у них дано; и ежели станет куды проситца дохтурица — не пускай ее, чтоб у нас свадбе быть. Впротчем здесь все добро, и масленицу дакончиваем.


№ 65. 1714, 18 июля

Письмо Петра I к Екатерине Алексеевне

Катеринушка, друг мой, здравъствуй!

Объявъляю вам, что мы к Финландии, а именно к Поркалу урочищу прибыли в добром здоровье, и что у вас стреляли про здоровья, все у нас слышно было при самом финском берегу, что слыша и мы не лили.


№ 66. 1714, 29 июля

Письмо Петра I к Екатерине Алексеевне

Катеринушка, друг мой, здравъствуй![183]

Объявляем вам, коим образом всемогущий Господь Бог Россию прославить изволил, ибо, по многодарованным победам на земли, ныне и на море венчати благоволил; ибо сего месяца в 27 день швецкого шаутбенахта Нилсона Эреншелта с одним фрегатом и шестью галерами и двемя шхер-ботами по многом и зело жестоком огню у Ангута близ урочища Рилакс-Фиен взяли; правда, как у нас в сию войну, так и у алиртов[184] с Франциею много не толко генералов, но и фелтъмаршалов брано, а флагмана ни единого. Итако сею, мню, николи у нас бывшею виктори[е]ю вам поздравляем; а сколко с помянутым шаутбенахтом взято афицеров, матрозов и салдат и протчаго, також что наших убито и ранено, тому при сем посылаем реэстр, и атаке план. Хотя для некоторой опасности флот наш и пойдет вскоре, аднакож ты останься в Ревеле, понеже, чаю, я к вам туды быть; но ежели замешкаюсь, а тебе будет время ехать в Питербурх, тогда поежай з Богом, не описываясь, дабы вам временно успеть к разрешению вашего бремене, что дай Боже счасливо окончалось!

P. S. Благодарствую за пърисылку.


№ 67. 1714, июль

Письмо Екатерины Алексеевны к Петру I

Писание вашей милости, июн[я] от «» дня[185] писанное, я получила, в котором изволили писать, что ваша милость к финланским берегам прибыл благополучно, чему я зело порадовалась, и за оное писание вашей милости благодарствую. На сих днях получила я писмо к вашей милости от Государя Царевича, да другое ис Питербурха от детей наших, в котором писме Аннушка приписала своею рукою; и оные писма при сем посылаю. Також посылаю к вашей милости помаранцов и других овощей и венгерского вина з деншиком Толкачевым, и желаю — дай, Боже, вам оное употреблять на здравие.


№ 68. 1714, июль или август

Письмо Екатерины Алексеевны к Петру I

Доношу вашей милости, что вчерашняго числа получены здесь с турецкой стороны зело приятные ведомости, о которых уповаю, что к вашей милости пространно писал Гаврила Иванович[186]; и со оными изрядными ведомостми вашу милость поздравляю, желая от сердца, да сподобит Всевышний и с вашей стороны добрые ж ведомости получить.

Просим вашу милость, дабы изволили сюда приезжать, ибо огород наш здесь зелененек стал.


№ 69. 1714, в первых числах августа

Письмо Екатерины Алексеевны к Петру I

Вчерашняго числа получила я милостивое ваше писание чрез порутчика Захара Мишукова, ис которого с неописанною радостию уведомилась, коим образом всемогущий Господь Бог по неизреченной своей к нам милости, по многодарованным победам на земли и на море, преславною победою над неприятелем увенчати благословил — взятием камарата вашего и несколких судов неприятелских, о чем я подлинно известна как чрез помянутое ваше милостивое писание, так и чрез Захара Мишукова. И сею толь изрядною и особливо от Бога дарованною нам победою вашей милости покорно поздравляю, желая от всего моего сердца, дабы всемилосердый Господь Бог и впредь оружию вашему счастие и победы на сего гордаго неприятеля даровал, и потом благожелаемой и благополучной мир получить благоволил.

Сей день воздавали мы благодарение победодавцу Богу в церкви его святой; и потом как со всего флота, так и здешней фартеции палили ис пушек, и обедали у меня все здешние жители и офицеры, кроме морских, понеже они управлялись по указу вашему.


№ 70. 1714, 12 августа

Письмо Петра I к Екатерине Алексеевне

Катеринушка, друг мой, здравъствуй!

Объявъляю вам, что мы на шведской остроф Алант без всякого препятия вступили; также идучи к нему и у него взяли 7 шкун с людми и пожитки, кои бежали в Скокхолм. Скота великое множества, так что в один день в одном месте сыскали 500 скотин. А о адмирале шведском не ведаем — где, а сказывают, что бутто стоит у стокголского входа.

P. S. Поцелуй потрох наш за меня.


№ 71. 1714, август[187]

Письмо Екатерины Алексеевны к Петру I

Перейти на страницу:

Похожие книги

След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Аплодисменты
Аплодисменты

Кого Людмила Гурченко считала самым главным человеком в своей жизни? Что помогло Людмиле Марковне справиться с ударами судьбы? Какие работы великая актриса считала в своей карьере самыми знаковыми? О чем Людмила Гурченко сожалела? И кого так и не смогла простить?Людмила Гурченко – легенда, культовая актриса советского и российского кино и театра, муза известнейших режиссеров. В книге «Аплодисменты» Людмила Марковна предельно откровенно рассказывает о ключевых этапах и моментах собственной биографии.Семья, дружба, любовь и, конечно, творчество – великая актриса уделяет внимание всем граням своей насыщенной событиями жизни. Здесь звучит живая речь женщины, которая, выйдя из кадра или спустившись со сцены, рассказывает о том, как складывалась ее личная и творческая судьба, каким непростым был ее путь к славе и какую цену пришлось заплатить за успех. Детство в оккупированном Харькове, первые шаги к актерской карьере, первая любовь и первое разочарование, интриги, последовавшие за славой, и искреннее восхищение талантом коллег по творческому цеху – обо всем этом великая актриса написала со свойственными ей прямотой и эмоциональностью.

Людмила Марковна Гурченко

Биографии и Мемуары
Русская печь
Русская печь

Печное искусство — особый вид народного творчества, имеющий богатые традиции и приемы. «Печь нам мать родная», — говорил русский народ испокон веков. Ведь с ее помощью не только топились деревенские избы и городские усадьбы — в печи готовили пищу, на ней лечились и спали, о ней слагали легенды и сказки.Книга расскажет о том, как устроена обычная или усовершенствованная русская печь и из каких основных частей она состоит, как самому изготовить материалы для кладки и сложить печь, как сушить ее и декорировать, заготовлять дрова и разводить огонь, готовить в ней пищу и печь хлеб, коптить рыбу и обжигать глиняные изделия.Если вы хотите своими руками сложить печь в загородном доме или на даче, подробное описание устройства и кладки подскажет, как это сделать правильно, а масса прекрасных иллюстраций поможет представить все воочию.

Геннадий Яковлевич Федотов , Владимир Арсентьевич Ситников , Геннадий Федотов

Биографии и Мемуары / Хобби и ремесла / Проза для детей / Дом и досуг / Документальное
Лев Толстой
Лев Толстой

Книга Шкловского емкая. Она удивительно не помещается в узких рамках какого-то определенного жанра. То это спокойный, почти бесстрастный пересказ фактов, то поэтическая мелодия, то страстная полемика, то литературоведческое исследование. Но всегда это раздумье, поиск, напряженная работа мысли… Книга Шкловского о Льве Толстом – роман, увлекательнейший роман мысли. К этой книге автор готовился всю жизнь. Это для нее, для этой книги, Шкловскому надо было быть и романистом, и литературоведом, и критиком, и публицистом, и кинодраматургом, и просто любознательным человеком». <…>Книгу В. Шкловского нельзя читать лениво, ибо автор заставляет читателя самого размышлять. В этом ее немалое достоинство.

Владимир Артемович Туниманов , Анри Труайя , Максим Горький , Виктор Борисович Шкловский , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Проза / Историческая проза / Русская классическая проза