Читаем Эйта полностью

— Её не лично ты обидел, другие кентавры, помнишь, она сказала не всех вырезали.

— Но мы никогда никого не вырезали, — нахмурился Ставр. — Отец же князю много лет служит, а твой отец ни с кем не воюет.

— Но вы ведь не единственные кентавры, — пожала плечиком Весняна. — Скорее всего, какие‑то ваши сородичи, сильно набедокурили тут, вот она и злится.

— Они набедокурили, а я тут при чём? — буркнул Ставр. — Не садись на землю, замёрзнешь, подстели сумки.

— С тобой не замёрзну, — Весняна теснее прижалась к любимому.

Кентавры никогда не мёрзли, даже лютой зимой они ходили без рубашек, приводя в ужас и трепет горожан.

— Не замёрзнешь, — тихо отозвался кентавр, обнимая подругу и тихонько вздыхая. Только бы чутьё, доставшееся Весняне от матери ведуньи, не подсказало ей, что Ставр совершенно не знает где они. Петляя по лесу, он не столько следил за направлением, сколько за тем, чтобы ноги не переломать и теперь совершенно не знал, где они и куда надо идти дальше. Эх, ну почему он не подождал немного, убежали бы в конце весны, а ещё лучше летом, тогда бы уж точно в лесу не пропали. А теперь… Надолго ли прихваченных из дому припасов хватит? Зато уж погоня, наверняка отправленная по их следу князем Радомиром, точно никого не найдёт. Он и раньше следы заметал и путал, а уж после сегодняшней скачки их ни один колдун не отыщет. Только бы эта, которая всех колдунов, Весняной виденных, сильнее искать не стала. Весняна тоже думала о встреченной ими колдунье. Ничего хорошего встреча эта не сулила. А ещё Ставр её ранил, похоже, значит, просто так она не отстанет, мстить будет. Весняна вздохнула и вытащила из своей сумки горсть амулетов, подумав, она все их надела на шею любимому.

Эйта вошла в дом, зло пнув ногой дверь. Она скинула на пол полушубок и зачем‑то пнула и его тоже. Красивая, первый раз надёванная рубаха оказалась испорчена. Этот поганый кентавр мало того, что одежду попортил, ещё и плечо поранил. Ну да ничего, он ещё об этом пожалеет. Он вообще пожалеет что убежал. Так бы умер быстро и безболезненно, а вот теперь она рассердилась. Причём сильно. Ножичек, чай не новенький, — Эйта нехорошо улыбнулась и села за стол, положив свою добычу перед собой. Хороший нож, добротный и, действительно не новый, значит, тварь им пользовалась, силу свою давала, его энергию брала. А ей, Эйте, это только на пользу. Но сначала плечо. Девушка подкинула дров в печь и стала рыться на полках, в поисках нужных травок. Кровь она заговорила ещё там в лесу, но вот с порезом надо было что‑то делать. Набросав в котёл нужные травки, девушка опустилась на лавку, взяла нож в руки и закрыла глаза.

— Чёртова девка, — прошипела она через несколько минут и зло кинула нож в стену. Кентавра ей было не достать, девушка, что была с ним, ведунья, наверняка обвешала дружка амулетами. И ведь как смогла? Эйте мало кто мог противостоять, а тут…

— Лошадиная потаскуха, — сплюнула Эйта и вышла из избы, чтобы хоть немного остыть.

Она села на крыльце и обхватила себя за плечи руками и задумалась. Через некоторое время девушка, принялась тихонько покачиваться.