— Они пили какое-то странное дерьмо. Фруктовые коктейли. В них было не так много алкоголя, когда я спросила персонал, потому что мне было интересно, отчего у них так кружится голова. Меня заверили, что они практически безалкогольные… они просто легковесы.

Брона внезапно рассмеялась.

— Я не легковес, как… спроси Доминика. Я могу много пи-пить.

Нико вышел из лифта, и когда Брона заговорила, он посмотрел на нас и покачал головой, прежде чем улыбнуться ей.

— Конечно, можешь, детка.

Я фыркнула.

Мы последовали за парнями обратно в мою квартиру, затем Кейн выдвинул диван-кровать. Мы рассмеялись, когда обе девочки тут же начали храпеть, после того как близнецы уложили их спать.

— Оставьте их здесь на ночь, — обратилась я к близнецам. — Я присмотрю за ними.

Нико поколебался, но кивнул.

Дэмиен почесал шею.

— Может, нам все же позвонить кому-нибудь насчет Аланны?

Я покачала головой.

— Она живет одна, тебе не нужно никому звонить.

— Нет парня?

Райдер ухмыльнулся.

— Она одинока.

Дэмиен не ответил, но облегчение на его лице было очевидным.

Это заставило меня улыбнуться, когда он схватил большое одеяло со спинки дивана и накрыл им девочек. Мы все с минуту смотрели на них, пока Алек и Кила не повернулись, не попрощались и не вышли из квартиры. Райдер проверил свой телефон и последовал их примеру.

Нико и Дэмиен зависли еще на несколько минут, но когда я заверила их, что буду хорошо заботиться о девочках, они сдались, обняли меня и ушли.

— Можешь идти спать, детка, — сказал Кейн. — Я собираюсь еще немного поиграть в «FIFA».

Я кивнула и посмотрела на девочек, улыбаясь их храпу. Их кожа светилась, когда мерцающие огни рождественской елки и различные украшения по всей комнате освещали их спящие фигуры.

— Я тоже буду спать здесь, — сказал он и кивнул на единственное место, на котором он всегда сидел. — Просто чтобы не спускать с них глаз, пока ты немного поспишь.

Я улыбнулась.

— Ты лучший.

Он дьявольски ухмыльнулся.

— Мы поменяемся местами утром, когда они проснутся.

При этой мысли улыбка сошла с моего лица, и беспокойство овладело мной, потому что пришло осознание того, что в одиночестве придется иметь дело с похмельными Броной и Аланной.

Трахните меня.

Глава 6

— Святая Мария, Матерь Божья, я умираю!

Я улыбнулась, размешивая два кусочка сахара в двух чашках чая с рождественским рисунком, стоящих передо мной. Закончив, я положила ложку в раковину и взглянула на упаковку обезболивающих, которые Кейн оставил на стойке перед тем, как лечь спать этим утром, когда Брона и Аланна проснулись, застонав от боли.

Я схватила чашки, вышла из кухни и вошла в гостиную, качая головой Броне и Аланне, которые все еще лежали на диване-кровати, но обе были покрыты одеялом, которое их укрывало.

— У меня есть чай, — объявила я, понизив голос.

Обе девушки хмыкнули.

Я поставила чашки на кофейный столик, не проронив больше ни слова, и вернулась на кухню, проверить, как там завтрак, который готовила. Яйца, сосиски, сыр, пудинг и картофельные оладьи были приготовлены и готовы к подаче.

Выключив плиту, я достала две тарелки для девочек и накрыла оставшуюся еду крышкой для Кейна, когда он проснется. Я принесла тарелки в гостиную и несколько секунд стояла в дверях. Усмехнулась про себя, когда услышала, как обе девушки фыркают.

— Вы в состоянии есть? — спросила я.

Брона высунула голову из-под одеяла.

— Меня вырвало четыре раза с тех пор, как я проснулась, теперь я должна быть в состоянии что-нибудь переварить.

Я подошла к ней и подождала, пока она сядет прямо и поправит подушки позади себя, прежде чем вручить ей тарелку с едой, которая вылечит ее от похмелья.

— Аланна?

Она застонала, но вылезла из-под одеяла и села, как Брона. Я подошла к ней и вручила ей еду, улыбаясь, когда она облизнула губы.

Я поправила несколько украшений на своей рождественской елке, затем снова сосредоточилась на Аланне и нахмурилась.

— Ты в порядке?

Она слегка покачала головой и поморщилась, как будто это причиняло боль.

— Нет, у меня голова раскалывается.

Я вернулась на кухню, схватила со стойки упаковку обезболивающих и протянула Аланне таблетки.

Ее плечи с облегчением опустились, когда она одарила меня страдальческой улыбкой и приняла упаковку.

Я усмехнулась.

— Ты будешь в порядке через несколько часов.

Она вытащила две таблетки из упаковки, положила их в рот, затем потянулась за своим чаем и сделала несколько пробных глотков.

— М-м-м-м, — простонала она. — Ты сделала отпадную чашку чая, Адо. Это действительно хорошо.

Моя грудь наполнилась гордостью. Это был практически лучший комплимент, который когда-либо мог получить ирландец.

— Спасибо. — Я улыбнулась, чувствуя себя немного самодовольной.

Брона повторила действия Аланны и проглотила несколько обезболивающих с чаем и застонала от удовольствия, когда жидкость скользнула ей в горло.

— Она права, он даже лучше, чем у Райдера, а Бранна хорошо его научила.

Я была очень горда собой, пока сидела в одноместном кресле Кейна и наблюдала, как девочки поглощают свою еду.

— Мне так стыдно за прошлую ночь, — пробормотала Аланна, прежде чем проглотить немного оладий.

Я улыбнулась.