Читаем Эйдин полностью

В моей голове вспыхнула лампочка, и я ухмыльнулась.

— Других мужчин.

— Вот именно, — просияла Брона. — А что женщины братьев Слэйтер любят в других мужчинах?

Я почувствовала себя виноватой, когда ответила:

— Внимание.

— Но почему? — подтолкнула Кила.

Я ухмыльнулась.

— Потому что внимание со стороны других мужчин провоцирует наших мужчин вести себя как пещерные люди. Мы принадлежим им, и они без проблем заявляют об этом любому мужчине. Или женщине.

— Не просто красивое лицо. — Брона подмигнула. — Нам не нужны другие мужчины, но когда они проявляют к нам внимание, мы пожинаем плоды. Думаю, если Эш проявит к Бранне немного внимания, это может дать Райдеру подзатыльник и вызвать тревогу, что он действительно может ее потерять. Бранна увидит его реакцию и — бум — они вернутся к своим старым отношениям.

Я склонила голову набок и произнесла:

— Ты ведь понимаешь, насколько плохим может оказаться результат, не так ли?

Брона пожала плечами.

— Я поговорю с Эшем, он будет знать расклад, и захочет помочь. Все любят Бранну и сделают для нее все, что угодно.

Я вздохнула.

— Что, если все пойдет совсем плохо, и они оба убьют нас за вмешательство в их отношения?

Кила пожала плечами.

— Хуже, чем то, как обстоят дела между ними прямо сейчас, быть не может.

Вы уверены?

Я прикусила внутреннюю часть щеки.

— Наверное.

— Значит ли это, что ты в деле? — спросила Брона, приподняв брови.

Я в деле?

Я моргнула.

— Какого черта, да, я в деле. Не могу позволить вам обеим сделать это без меня, что-то определенно пойдет не так.

Брона завизжала.

— Все пройдет идеально, — объявила она, затем развернулась, и зашагала прочь, таща за собой Килу.

Я подняла руку и потерла шею, прекрасно осознавая тревожное чувство, которое только что поселилось в моем животе. Стряхнув с себя это чувство, я посмотрела через комнату на Райдера и Бранну, которые сидели на противоположных концах дивана, в упор игнорируя друг друга.

Я нервно сглотнула и тихо пробормотала себе под нос:

— Что хуже этого может случиться?

Голос в моей голове прошептал одно-единственное слово.