Читаем Еглеоп полностью

— Хех, — Фрол философски крякнул, — бедлам, так бедлам, вам-то оно виднее.

Главврач частной психиатрической клиники встретил любезно. Внушения не требуется, имени Риты здесь достаточно.

Палата, по его словам, лучшая. Похоже. Без изысков, но хотя бы просторная и с удобствами. Фролу нравится.

Санитар попался понятливый. Час почти Фролу объяснял как человеческой сетью пользоваться. Все-таки Ю Лиан ее создал. Надо при случае поинтересоваться, чем он всех купил.

Но сначала Мара. Наставница не поймет, если с кем-то до нее встречусь.

— Фрол. Пока я не вернусь, выставляй прочь всех, кто бы ни пытался войти. — Бросил Леант, поудобнее устраиваясь в кресле.

— Оно-то привычно, — Фрол облизнул губы, пытаясь дрожащей рукой направить в нужную точку курсор на экране, — А коли картинками движущимися пока полюбуюсь, не против будете?

Леант, дозволяющее махнув рукой, закрыл глаза.

Парящая площадь. Парящая лесная поляна. Ни единой живой детали в холоде мрамора. Ни одной статичной в буйстве растительности. Вечность в каждой складке белоснежной тоги, в каждом кончике вьющихся волос мужчины в центре форума. Холодные неподвижные голубые глаза.

Жизнь и движение вышитых орнаментов нежно-голубого платья женщины в центре луга. И смерть, застывшая в угольных очах.

Границы соприкоснулись. Листья на колонне тут же устремились к мужчине, насыщаясь зеленым в стремительном броске. Стебли под ногами женщины каменеют в ответ. С треском рвутся к талии.

Оба отпрыгнули. Легко, будто никогда не слышали слово гравитация. Она удовлетворенно кивнула, ученик не размяк за годы затворничества. Он ответил изящным реверансом. Наставница обучала хорошо.

Передний край площади тает, приближая мужчину к краю поляны. Один шаг и мужчина ступил на мягкий травяной покров.

— Леант, — улыбка женщины источает заботу и нежность, — первое чему я тебя учила — не ступать в чужую реальность без необходимости.

— К тебе это не относится, Мара. И никогда не будет.

Нерахри присели на выросшие прямо из земли кресла.

— Все-таки решил прервать свое уединение, мальчик мой?

— Думал об этом в последнее время, а тут… — Леант задумчиво посмотрел вверх, — Мара, мне нужен совет.

— Совет и помощь. В любое время, Леант.

— Грегор. Все дело в нем.

— Знаю, он сейчас не в лучшем состоянии, мы пытаемся помочь, но…

— Он в Еглеопе, целый и невредимый. И перемещается не так, как мы все. Даже не как Фуго. Мгновенно и не напрягая ткань.

— Продолжай.

— Говорит, все ради того, чтобы насолить Тобиасу. Но у Грегора двойное дно всегда лишь для того, чтобы прикрыть третье.

— Чего он хочет от тебя?

— Разыграть представление. Создать четырехмерную воронку и закинуть в нее одно из его тел. Сказал, что выглядеть будет, будто я его спас.

— Что он еще говорил?

— Просил Риту присмотреть за какой-то девушкой, она знает за какой.

— Так вот куда делся ключ. И Рита была так спокойна… Что сам думаешь?

— У меня нет причин отказывать. Тем более, когда есть возможность посадить Тобиаса в лужу. Но они просят нарушить запрет, не особо вдаваясь в подробности.

Мара на минуту задумалась.

— А знаешь, Леант, я тебе тоже посоветую к ним прислушаться. Более того, я вас прикрою, и от слежки и от последствий. Грегор затеял хитрую партию, капелька трагичности не помешает.

Блиставшая когда-то великолепием парадная переживает не лучшие времена. Кованый барельеф над дверьми лифта не способен скрасить впечатление от таблички «не работает». Единственный витражный кусочек сиротливо переливается в окне третьего этажа, остальные давно заменены обычной серийкой. Запахи бездомных и животных навсегда въелись в стены и ступени, не убрать, сколько ни отмывай.

— Пошла вон, тупая шлюха, что бы ты понимала в искусстве.

Крик донесся сверху. Стремительная фурия, заставила Грегора прижаться к стене в широком, двухметровом пролете лестницы. Поднявшись этажом выше, он толкнул незапертую дверь.

Внутри обшарпанные стены коридора увешаны картинами безо всякой логики. Детские рисунки рядом с проработанными до последней детали пейзажами. Фотографичные портреты перемежаются замысловатой абстракцией. Раскрытая дверь дальней комнаты намекает на целостность в оформлении всех помещений.

— А тебе чего надо?

Мужчина за пятьдесят, крепкий, с залысиной во весь лоб и начавшей превращаться в бороду двухнедельной щетиной, явно не трезв.

— Не узнаешь меня, Базилевс?

Мужчина, прищурившись, внимательно осмотрел гостя.

— Почему я не чувствую тебя, Грегор?

— Не хочу афишировать свой визит. Нужно посоветоваться.

Немного поколебавшись, Базилевс жестом предложил гостю проследовать за собой.

Количество пустых бутылок на полу комнаты намекает на грандиозную вечеринку, прошедшую здесь недавно. Единственный стакан и скудная закуска на столе говорят об отсутствии на ней гостей.

— Пить будешь?

Грегор утвердительно кивнул, усаживаясь за низкий журнальный столик. Хозяин придвинул гостю стакан и, ловко освободив стручок болгарского перца от внутренностей, разлил остатки жидкости из бутылки. Один глоток, один глубокий вдох прижатого к лицу рукава тельника.