Читаем Эффект птеродактиля (СИ) полностью

Эх, от блистательного лорда Малфоя в качестве папаши я бы не оказалась. Хотя тут вполне и отравить могут. Все-таки супруга урожденная Блэк – это серьезно. Нет, уж кто-кто, а Люциус Малфой даже если и опустится до интрижки с магглой, то следы замести сумеет. Внебрачный ребенок ему ни к чему. Хотя в фанфиках очень любят писать про некое «проклятие Малфоев». То должен быть только один наследник, то помирают они во цвете лет. Левый младенец мог быть попыткой как-то обмануть судьбу. Только скорее это я выдаю желаемое за действительное. Не обольщайся, Гермиона, твой папаша не так красив, богат и знатен. И живет, вполне возможно, в Лютном. Если не едет сейчас в Хогвартс вместе с Уизли. Все, не буду пока об этом думать, так и свихнуться недолго. Шатенкой с карими глазами, если что, была миссис Грейнджер. Хотя волосы у нее не такие густые и вполне послушные. Так что можно и на шевелюру ориентироваться.

Невилл пообещал бабушке писать, а она уверила его в обязательном зачислении на Гриффиндор, как и его родители. Передала ему корзиночку с ланчем. У меня тоже была корзиночка с сандвичами, пакетом сока и термосом с куриным бульоном. Так что с голоду не помрем. Хм… Похоже, что леди Лонгботтом тоже рассчитывает на то, что я смогу позаботиться о ее внуке. Невилл, конечно, не Эдвин, но тем не менее. Да нет, скорее всего, дело в жабах. Мальчик вряд ли общался со сверстниками, а тут такой повод для общения. Но все равно. У канонной Гермионы, похоже, была сильно развита ответственность за других. Но ведь на лбу это не написано! Черт, черт, черт! Ладно, тут бабка, видимо, просто обрадовалась, что внучек хоть с кем-то общаться будет. А дальше? Если семейство Грейнджеров как следует проверили, то о наличие Эдвина и о планах родителей на мое пожизненное опекунство над ним Дамблдору известно. Так что вполне могут уже запланировать для меня опеку над двумя мальчишками. И если Гарри Поттера мне действительно жаль, то Рон Уизли в друзьях на фиг не нужен. Ладно. Поехали!

Хогвартс-экспресс дал длинный гудок, провожающие отошли подальше от края платформы, чтобы их не обдавало паром. И путешествие началось. Мы с Невиллом честно помахали его бабушке.

- А тебя никто не провожает? – спросил он.

- Меня привез папа, – ответила я, – но ему нельзя было пройти на платформу, он не волшебник.

- Ты из магглов? – спросил Невилл.

- Так волшебники называют обычных людей? Тогда да. Мои родители – дантисты, они лечат людям зубы. Знаешь, я очень рада, что мы с тобой познакомились. Я же ничего не знаю про магов. Ты же мне поможешь?

Невилл зарделся.

- Ну… я тоже не все знаю. Но если смогу, то на вопросы отвечу.

- Спасибо тебе! Я, наверное, тебя совсем замучаю, так что не стесняйся и просто говори, если что.

Он смущенно улыбнулся. Разумеется, я не собиралась наседать на пацана. Мы с ним обсудили своих питомцев и их питание. Невилл рассказал, что точно знает, что для фамильяров еду поставляют домовики, и можно не опасаться, что Бетти и Тревор останутся голодными. Попутно мы их покормили мотылем и дождевыми червями. И подумали, что и самим было бы неплохо подкрепиться. А тут как раз и тележка со сладостями приехала. Невилл рассказал мне про коварное всевкусное драже и порекомендовал котлокексы, сахарные перья и шоколадных лягушек.

Прямо как у Чуковского: едут и смеются, пряники жуют. Тараканище будет на третьем курсе. Фу!

Отговаривать Невилла от поступления на Гриффиндор я не стала. С одной стороны, ему будет лучше на Хаффлпаффе, там и декан профессор гербологии, к которой у мальчика потрясающие способности. Но он ужасно боялся разочаровать бабушку. Леди Лонгботтом выглядела особой, которую лучше не разочаровывать. К тому же там еще и дядя Элджи с его нездоровыми методами воспитания имелся. Как бы не отравить пацану жизнь еще больше. А он мне ничего плохого не сделал. Гриффиндор так Гриффиндор. Тем более что иногда стоит прятаться на самом освещенном месте. Это я уже о себе.

За окнами потемнело, мелодичный голос из ниоткуда сообщил, что мы скоро прибываем, и что пора переодеваться в школьную форму. Воспитанный Невилл вышел из купе, любезно предоставляя мне такую возможность. И поезд наконец-то остановился. Прибыли! Тревора мы подсадили в переноску к Бетти – она не возражала, – и оставили в купе, так как Невилл сказал, что багаж и питомцев в замок доставят домовики.

На платформе стоял настоящий великан и размахивал фонарем. Хагрид.

- Первокурсники! Все сюда! Первокурсники! Ко мне! Привет, Гарри, ты как?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Рахманинов
Рахманинов

Книга о выдающемся музыканте XX века, чьё уникальное творчество (великий композитор, блестящий пианист, вдумчивый дирижёр,) давно покорило материки и народы, а громкая слава и популярность исполнительства могут соперничать лишь с мировой славой П. И. Чайковского. «Странствующий музыкант» — так с юности повторял Сергей Рахманинов. Бесприютное детство, неустроенная жизнь, скитания из дома в дом: Зверев, Сатины, временное пристанище у друзей, комнаты внаём… Те же скитания и внутри личной жизни. На чужбине он как будто напророчил сам себе знакомое поприще — стал скитальцем, странствующим музыкантом, который принёс с собой русский мелос и русскую душу, без которых не мог сочинять. Судьба отечества не могла не задевать его «заграничной жизни». Помощь русским по всему миру, посылки нуждающимся, пожертвования на оборону и Красную армию — всех благодеяний музыканта не перечислить. Но главное — музыка Рахманинова поддерживала людские души. Соединяя их в годины беды и победы, автор книги сумел ёмко и выразительно воссоздать образ музыканта и Человека с большой буквы.знак информационной продукции 16 +

Сергей Романович Федякин

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
100 величайших соборов Европы
100 величайших соборов Европы

Очерки о 100 соборах Европы, разделенные по регионам: Франция, Германия, Австрия и Швейцария, Великобритания, Италия и Мальта, Россия и Восточная Европа, Скандинавские страны и Нидерланды, Испания и Португалия. Известный британский автор Саймон Дженкинс рассказывает о значении того или иного собора, об истории строительства и перестроек, о важных деталях интерьера и фасада, об элементах декора, дает представление об историческом контексте и биографии архитекторов. В предисловии приводится краткая, но исчерпывающая характеристика романской, готической архитектуры и построек Нового времени. Книга превосходно иллюстрирована, в нее включена карта Европы с соборами, о которых идет речь.«Соборы Европы — это величайшие произведения искусства. Они свидетельствуют о христианской вере, но также и о достижениях архитектуры, строительства и ремесел. Прошло уже восемь веков с того времени, как возвели большинство из них, но нигде в Европе — от Кельна до Палермо, от Москвы до Барселоны — они не потеряли значения. Ничто не может сравниться с их великолепием. В Европе сотни соборов, и я выбрал те, которые считаю самыми красивыми. Большинство соборов величественны. Никакие другие места христианского поклонения не могут сравниться с ними размерами. И если они впечатляют сегодня, то трудно даже вообразить, как эти возносящиеся к небу сооружения должны были воздействовать на людей Средневековья… Это чудеса света, созданные из кирпича, камня, дерева и стекла, окутанные ореолом таинств». (Саймон Дженкинс)

Саймон Дженкинс

История / Прочее / Культура и искусство