Читаем Эффект Грэхема полностью

Уилл сочувственно поглядывает на друга, протягивает ему бутылку воды. Колсон подмечает это и тут же хмурится. Уилл делает вид, что увлечен изучением своих перчаток, будто пытается разглядеть, где вылезли нитки.

Слишком много тайн на одной скамье. Я трахаю бывшую девушку Колсона. Его лучший друг смотрит с врагом фильмы о путешествиях во времени. До чего докатился мир?

В начале третьего периода мы опережаем соперников на один гол – Остин ударил с лета, и вратарь Брауна за шайбой не успел. Динамика игры сменилась впервые за весь матч, но насладиться новой скоростью нам не удается. Едва мы оказываемся в зоне защиты, Колсон пропускает важнейшую передачу в лобовом столкновении, и нам это дорого обходится: у противников появляется шанс забить гол.

Счет меняется: 1:1.

Когда Колсон возвращается на скамью, на него тут же набрасывается Рэнд.

– Отличная работа, капитан, – саркастично произносит он.

– Пошел ты! – рявкает Колсон.

– Сам пошел!

– Достаточно! – рявкает тренер, поднимая руку. Он поворачивается и объявляет замену.

Меж тем я злюсь не меньше Рэнда, потому что я четко дал понять, что вижу возможность и собираюсь ей воспользоваться. Колсону всего-то надо было послушать меня, и шайба прилетела бы прямо ему в клюшку.

Так что, когда в следующую смену состава мы с ним занимаем места перед вбросом шайбы, я, скривившись, бормочу:

– Может, на сей раз послушаешь меня?

Пожалуй, не самый умный шаг с моей стороны.

Колсон мгновенно ощетинивается. Не успеваю я моргнуть, как он уже практически дышит мне в лицо. Он толкает меня – недостаточно сильно, но ощутимо.

Я пялюсь на его перчатку, сжимающую мою руку. Потом поднимаю взгляд на него. Я поражен. И очень зол.

– Какого хрена ты творишь?

– Придержи свои замечания при себе! – огрызается он. – Мы тут играть пытаемся.

Вот только за эту пятисекундную перебранку мы получаем свисток. Судья объявляет о задержке игры.

Господи боже.

Мы заработали пенальти.

– Да какого дьявола! – рычит Демейн и уносится в сторону скамьи, чтобы тренер мог выставить ребят, дабы они отбились.

– Вы шутите, что ли? – У Дженсена на лбу пульсирует вена, так сильно, что, кажется, вот-вот взорвется. – Задержка игры? – орет он.

Мы с Колсоном оба склоняем головы. Тренер имеет полное право орать. Пенальти во многих случаях можно избежать, и наш – определенно из их числа. Особенно когда причиной становится спор с твоим же сокомандником. Хуже – спор между двумя капитанами.

Судя по взгляду тренера, мы оба в серьезной опасности. Браун тут же оборачивает нашу ошибку себе на пользу и забивает гол.

2:1 в пользу Брауна.

Мы с Кейсом вылетаем со скамейки штрафников и возвращаемся на лед, пытаясь минимизировать ущерб. За оставшиеся две минуты матча изумительный гол Ларсена обеспечивает нам счет 2:2. Пятиминутный овертайм не приносит гола ни одной команде, и теперь у нас за плечами еще одна ничья. Официально – не проигрыш, но тренер с этим явно не согласен, судя по тому, как он брызжет слюной в раздевалке.

К счастью, долгой тирады удается избежать. Дженсен просто входит, указывает пальцем сначала на меня, потом на Кейса и произносит всего одно слово:

– Позорище. – Потом оглядывает остальных. – В душ и переодевайтесь. Увидимся в автобусе.

Черт.

Начало сезона – просто катастрофа. Всего одна победа. А сегодня вечером наша игра завершилась вничью, потому что гребаные сокапитаны получили пенальти. Пенальти, которого могло бы и не быть! Я не виню тренера, он имеет все основания злиться. Он привык выигрывать «Замороженную четверку», а в этом сезоне о подобном, судя по всему, и мечтать не приходится.

Мы занимаем места в автобусе. Настрой у всех мрачный. До кампуса Брайара полтора часа, но где-то через десять минут после отъезда с парковки я замечаю, как Дженсен о чем-то шепчется с водителем. А еще через десять секунд автобус останавливается на обочине.

Сидящий рядом со мной Шейн отрывается от телефона. Он писал очередной чирлидерше, с которой провел всю эту неделю.

– Что случилось?

– Колсон, Райдер, подъем.

Мы с Кейсом нервно переглядываемся от такой грозной команды, но встаем.

– Вот и ваша остановка.

Выглядываю в окно. Сплошная чернота, ничего не видно. С этой стороны дороги, присмотревшись, можно различить разве что засыпанную гравием обочину дороги и темную полосу леса.

– Что значит «наша остановка»? – переспрашивает Колсон. Вид у него озадаченный. – Вы хотите, чтобы мы шли до дома пешком?

Дженсен безрадостно улыбается.

– Считайте это еще одним упражнением на тимбилдинг.

– Вы полагаете, что бросить нас посреди леса на растерзание серийному убийце – это тимбилдинг? – выпаливает Тристан Ю.

– Во-первых, нет никакого «нас». Есть только «они». Так что успокойся, Ю, – кивает тренер. – Но вопрос хороший. – Он окидывает взглядом лица игроков, пока не находит паренька, сидящего через несколько рядов после Беккетта. Второкурсник по имени Терренс. Он даже в стартовый состав не вошел.

– Бойскаут, ты всегда таскаешь с собой швейцарский армейский нож. Он при тебе?

– Да, сэр.

– Давай сюда.

– Да, сэр.

Тренер снова обводит взглядом автобус.