Наконец любовники схватили свои складные стулья, наполовину уже промокшие пакеты, и побежали к машине, при этом что-то весело крича и смеясь. А он продолжал яростно хлестать их каплями и не понимал, чему они так радуются.

Вода озера, казавшаяся еще совсем недавно изумрудной, сейчас была темной, почти черной. По крыше машины барабанил дождь. Они включили печку. Вскоре в салоне стало совсем тепло.

…Андрей чувствовал шелк ее волос на своем лице… нежное дыхание, сладкий шепот сквозь страсть обжигающих касаний, рождение эмоций, освещающих разум разноцветными вспышками. Время остановилось, секунды превратились в вечность, и не было сейчас в этом мире ничего кроме них самих…

27 июня

Горяев проснулся около десяти, не слышал будильника, который разрывался еще задолго до этого, тщетно пытаясь его разбудить. И это не удивительно, так как на базу они с Мирой вернулись уже под утро, и в итоге поспать Андрею удалось не больше четырех часов. Собравшись и наскоро перекусив в столовой, Горяев поспешил в лабораторию.

Часы высвечивали «десять сорок». Коллеги были уже на месте и оживленно спорили. Штайнмайер и несколько сотрудников его лаборатории, активно жестикулируя, наседали на главного инженера проекта, доказывая ему, что он категорически не прав.

— Дааа, господа, — печально произнес Андрей задумчиво с выражением и тоном человека, которому вдруг открылась истина. — Я вижу у вас принципиально разные позиции… — Шутка удалась, в одно мгновенье разредив ситуацию. Спорщики улыбнулись.

— Доброе утро, коллеги, — поздоровался Горяев. — Извините, я несколько задержался. — Он прошел вглубь модуля и прямо за группой «споривших» присел на край лабораторного стола.

— Так, давайте больше конструктива, — продолжил Горяев примирительным дружелюбным тоном. — С основными вещами мы определились, теперь нужно решить по конкретным моментам взаимодействия. Мы с вами делаем общее дело. Поэтому, думаю, здесь не уместны нападки друг на друга….

Далее дискуссия, уже в чуть более спокойном русле, длилась около двух часов. К исходу второго часа у Андрея начала сильно болеть голова — слишком много работы в последние дни, да еще этой ночью он почти не спал.

— Предлагаю перерыв на обед, — произнес Андрей, сделав характерный хлопок в ладоши. — Как раз пообедаем и через час продолжим. — Он направился к себе в кабинет, потирая руками виски. В кабинете, сняв и повесив лабораторный халат в специальный шкаф, он достал из другого куртку и, накинув ее, подошел к кулеру, сделал несколько глотков холодной воды из белого пластикового стаканчика.

«Таблеток с собой нет никаких. Вот ведь, когда ненужно они всегда рядом», — подумал Горяев, имея ввиду медсестер, которые были приставлены к нему. «А вот сейчас как сквозь землю провалились, даже таблетку «от головы» не у кого попросить», — он усмехнулся, поставив пустой стаканчик на стол, и вдруг вспомнил: «О, черт! Совсем вылетело из головы, хотел же Анатолию позвонить!»

Андрей набрал номер врача. Длинные гудки; секунд тридцать ожидания; никто не подошел. «Вышел, наверное, куда-то, — подумал он, — Странно, что он сам со мной так и не связался…»

Горяев положил трубку, и буквально в это же мгновение телефон зазвонил, Андрей даже вздрогнул от неожиданности. «Наверное, Анатолий», — первое, что промелькнуло в его голове. Действительно номер был психотерапевта. Горяев улыбнулся и снова поднял трубку.

— Андрей, добрый день, — еще один сюрприз, он ожидал услышать голос Анатолия, а из трубки к нему обратилась девушка.

— Да, — ответил он несколько растерянно.

— Андрей, это Джессика, как ваше самочувствие? — раздалось в ответ.

— Нормально я себя чувствую, спасибо, — немного раздраженно ответил Горяев, вспомнив про таблетку от головной боли. — А Анатолий там рядом?

— Так он же улетел…

— Куда улетел?

— А Вы разве не знаете? Вчера еще, на материк… Я точно не в курсе, но у него контракт, кажется, закончился…

«Странно, — возмутился про себя Андрей. — Почему он мне ничего не сказал?! Бред какой-то!»

— ..вместо него теперь доктор Прайд, — тем временем продолжала звенеть в трубку девушка. — Вас с ним соединить?

— Нет, не надо пока, ответил Андрей. — У меня времени сейчас нет, я чуть позднее сам перезвоню…

— Да, еще по поводу Вашего сопровождения, сегодня моя смена, куда лучше подойти, чтобы с Вами встреться? — попыталась уточнить Джессика.

— Лучше никуда не подходить, — с плохо скрываемым раздражением ответил Андрей. Затем немного смягчившись, добавил: — Я сегодня весь день буду серьезно занят в лаборатории, и не желательно, чтобы там был кто-то посторонний, тем более что я чувствую себя совершено нормально. Если что-то понадобится, Вам незамедлительно сообщат, — с иронией пошутил он и положил трубку.