Читаем Её гарнизоны полностью

Молодые офицеры, с которыми общался Артем, давно обзавелись семьями. Многие женились еще в училище. Молодежь знакомилась на танцах, которые каждую субботу организовывались в военном училище. В те времена дискотек не было, так же как и клубов. Военное училище оказалось единственным местом в городе, где можно танцевать, знакомиться, встречаться. Ах, эти танцы! Они вселяли мечту, надежду. На них решались судьбы и разбивались сердца. Нарядные девушки, девочки каждую субботу спешили навстречу своей мечте.

Спешили все, но не Рита. Работа, учеба. Она так и не смогла попасть на эти танцы. Многие офицеры окончили военное училище в одном городе, и оттуда же были их жены. Их объединяло училище и на всех один родной город, в котором остались юность и родители. Друзья Артема с удовольствием приглашали в гости для знакомства с его женой. Они были молоды и производили приятное впечатление. Все были рады, что очередной холостяк попрощался с вольной жизнью. Даже командование части, в которой служил Артем, казалось довольным, что молодой офицер женился. Еще бы, теперь часть воспитательных функций можно было переложить на супругу – молоденькую девчонку, прилетевшую с ним через всю страну. Для военного семья имеет особенное значение. Только обретя крепкий тыл и надежную опору за спиной, он может всецело посвятить себя основному – службе Отечеству. Поэтому командование части так старалось поддержать молодые семьи. Через два дня после их приезда в гарнизон дежурная по гостинице, она же супруга одного из командиров части, вывела Риту на крыльцо и указала на новый дом. «Видишь, на четвертом этаже крайние окна с балконом? – махнула она куда-то вверх. – Это ваша квартира». Риту не взволновала эта новость – ей казалось, что все так и должно быть. К тому же неплохо жилось и в гостинице – им везде хорошо вдвоем. Только когда молодожены вошли в комнату, пропитанную запахом цемента, краски и клея, Рита ощутила радость от встречи со своим новым домом. Быстро начали обустраивать свою жизнь – подобрали шторы, карнизы. Оставалось малое – все повесить. Это стало для Риты первым огорчением в семейной жизни. Артем хорошо разбирался в электронике, прекрасно знал технику, но закрепить карниз для штор он не мог. С раннего утра он пытался зафиксировать эту длинную палку на потолке. Сначала гвозди никак не желали входить в бетон, затем, когда все же их удалось вогнать туда, оказалось, что штанга карниза слишком тяжела для них, и ненадежная конструкция с грохотом срывалась с потолка. Рита сидела в уголочке и плакала, вспоминая своего папу, – тот мог все. Карниз Артем все-таки повесил, сам, без всякой помощи. И это оказалось его первой бытовой победой. Затем было куплено самое необходимое – диван для сна и секретер для Риты. Она продолжала учебу в институте и целыми днями сидела за учебниками или ездила в институтскую библиотеку в Хабаровск. Новенький, только что приобретенный телевизор тут же сломался. Представлял он собой огромный неподъемный ящик, в котором, кроме экрана, было множество ламп, проводков и всяких деталей. Его так и называли – «ящик» – и, уточняя программы по телевизору, спрашивали: «А что будет по ящику?» Для ремонта «ящик» требовалось тащить по сопкам в Хабаровск. Но не было ни транспорта, ни времени, да и желания тоже. Все друзья по очереди брались отремонтировать неподъемную махину. Все-таки по профессии они в основном были специалистами по эксплуатации радиотехнических средств. Но справиться с этим здоровенным монстром никто не мог. Так и стоял ящик, вперившись в обитателей квартирки гигантским глазом, будто контролируя порядок и напоминая, что с него следовало смахнуть пыль. Даже здесь, в тайге, жизнь была наполнена делами, отдыхом, и ребята не стремились к телевизору. Отсутствие развлечений позволяло Рите все свободное время посвящать учебе, и она подолгу сидела за учебниками, конспектами. Основной целью поездки в Хабаровск оставалось посещение институтской библиотеки, а потом можно было погулять по городу, по набережной Амура и, конечно, пройтись по магазинам.