Читаем Эдуард I полностью

Христианское влияние в Леванте к тому времени было практически уничтожено: Бейбарс вел свои войска от победы к победе. Перед его мамлюками пали Шастель-Блан и Гибелакар. В результате предательства была взята неприступная крепость крестоносцев Крак-де-Шевалье, чьи стены с успехом сопротивлялись штурмам и ударам осадных орудий. От Иерусалимского королевства осталась лишь небольшая территория вокруг Сен-Жан-д’Акра — деморализованного города, окруженного враждебной страной.

С самого начала было ясно, что походу Эдуарда суждено стать разве что отчаянной вылазкой, не способной кардинально изменить исход уже проигранной кампании — его армия была слишком мала. Дни великих триумфов европейцев на Ближнем Востоке ушли в прошлое, и основным врагом мусульман Палестины теперь были отнюдь не рыцари Запада, а неудержимые монгольские всадники, атаковавшие их с севера и востока. Тем не менее одним фактом своего прибытия Эдуард отбил у Бейбарса охоту не только думать о взятии Сен-Жан-д’Акра, но и продолжать осаду Триполи. В результате султан был вынужден поспешно заключить мир с Боэмондом VI Красивым графом Триполийским на десятилетний срок.

Принц дал армии время отдохнуть после морского перехода и подготовиться к предстоящим боевым действиям. Пока воины и кони отдыхали, он укреплял дисциплину в городе. Его люди активно выявляли предателей, передававших важные сведения врагу и подрывавших моральный дух жителей Сен-Жан-д’Акра. Изменников немедленно предавали казни.

Первую вылазку за пределы города Эдуард предпринял в конце июля. Он атаковал деревню Сен-Жорж-Де-Лебейн, расположенную в 20 километрах на восток от Акры. В ее центре стояло бывшее бенедиктинское аббатство, превращенное мусульманами в укрепленный опорный пункт. Успех сопутствовал принцу, но назвать это победой было бы преувеличением. Англичане разрушили несколько домов, уничтожили урожай зерновых и вернулись назад. После этой стычки Эдуард еще раз убедился, что с его малыми силами переломить ситуацию не получится. Тогда он вступил в союз с Абакой-ханом, могущественным ильханом государства Хулагуидов, расположенного на территориях нынешних Ирана, Ирака, Армении и части Средней Азии. Хотя ильхан был связан по рукам и ногам войной в Туркестане, он послал на помощь Эдуарду 10 тысяч монгольских всадников.

С прибытием в сентябре свежих войск, приведенных Эдмундом графом Ланкастерским, принц был полон решимости сделать все возможное для сохранения оставшихся христианских владений и стяжать себе славу, несмотря на видимую бесперспективность крестового похода как наступательного предприятия в сложившихся обстоятельствах.

Осенью дела шли ненамного лучше. Монголы, посланные Абакой-ханом, продвигались к Сирии, сея панику среди местного населения. Жители Дамаска бежали при их приближении. В ноябре Эдуард, со своей стороны, выступил против мамлюков при поддержке киприотов, тамплиеров, госпитальеров и тевтонских рыцарей. Армия подошла к Какуну, расположенному в нескольких километрах к юго-востоку от Акры, где застала врасплох большое войско туркоманов. Завязалась битва, в которой англичане одержали решительную победу. Неприятель потерял убитыми 1500 человек, один эмир погиб, другой был ранен. В качестве приза победителям досталось стадо в пять тысяч голов скота. Когда на помощь туркоманам подошло подкрепление, крестоносцы отступили назад в Акру. Бейбарс попытался нанести ответный удар и в декабре двинулся на Эдуарда с сильным войском из Дамаска. Но затяжной ливень сделал осаду Акры невозможной, и султан вернулся в Египет.

* * *

Крестоносцы разуверились в возможности добиться успеха военными действиями, да и Бейбарс к тому времени устал от войны. Поэтому в мае 1272 года в Кесарии султан подписал с Югом III, королем Кипра и номинальным королем Иерусалима, перемирие на десять лет, десять месяцев, десять дней и десять часов. Эдуард был крайне возмущен этим решением и отказался ставить под договором свою подпись. Он отослал своего брата Эдмунда домой, но сам остался в Святой земле еще на некоторое время, чтобы понаблюдать, как будут разворачиваться события дальше и насколько прочным окажется отвергнутое им перемирие.

Вечером 17 июня 1272 года, в свой 33-й день рождения Эдуард лежал в постели со своей супругой в личных апартаментах в Сен-Жан д’Акре. Заснуть он никак не мог — его одолевали невеселые мысли. Ближайшее будущее не вселяло оптимизма. Небольшая английская армия страдала от жары и дизентерии, мамлюки Бейбарса значительно превосходили ее по численности и располагали куда большими запасами продовольствия.